Тварь преследовала медленно, но неотвратимо. Я не сомневался, что если понадобится, сможет мчаться быстрее меня, но её ограничивало отсутствие видимости цели. Да, она лишь чуяла запах моих следов, и сколько ни пыталась крутить башкой, на глаза ей я не попался. Это существенно ограничивало прыть.
Правда, не уверен, что пустые глазницы можно называть глазами. Ну да чем-то она ведь должна видеть проявления ступеней просветления, следовательно, какой-то аналог зрения у неё имеется.
При желании я мог бы легко оторваться, нарастив скорость. Что и попытался сделать в самом начале. Но тварь при этом не остановилась, так и продолжала преследовать меня, низко склонив голову к земле и задевая мох кончиками когтей.
Глядя на неё издали, я отчётливо осознал, – она не остановился. Будет преследовать часами и сутками, пока не доберётся до источника запаха.
Или не запаха. Ведь запах не должен оставаться в воде, а тварь безошибочно следовала по лужам, через которые я то и дело переходил в самых глубоких местах, пытаясь сбросить погоню со следа.
Тщетно пытаясь.
Итак, мы имеем явно опасного противника, который, похоже, готов преследовать меня вечно, не отвлекаясь на сон и еду. А мне придётся потратить два-три дня, чтобы пройти через Туманные низины. И это лишь в том случае, если ничего не помешает.
Смогу ли я продержаться столько без отдыха?
Мягко говоря – сомнительно.
Значит, от твари придётся избавиться. И, кажется, я знаю, как это сделать.
На этих мыслях ровная поверхность мха, по которой я только что прошёл, зашевелилась и начала вздыматься.
О нет! Ещё одна тварь!
Но как так?! Здесь ведь не было кочек. Я, наученный горьким опытом, избегал их, как огня. Всегда переставлял ноги с максимальной внимательностью, маршрут планировал так, чтобы огибать не только лужи, но и потенциально опасные участки.
Получается, опасаться следует не только кочек, а и обычной ровной поверхности. Твари могут скрываться подо мхом в самых непримечательных местах.
Предсказывать это невозможно.
Я действительно влип…