Йишана изумленно открыла рот, а Элрик глубоко вздохнул. Ребенком он изучал языки всех существ, и теперь ему предстояло вспомнить язык повелителей ящериц Хааашаастаака.

Отчаянная ситуация обострила его память, и слова внезапно вспыхнули в его мозгу.

— Хааашаастаак,— закричал он, указывая на бабочкообразное существо,— мокик анкких!

Повелитель ящериц обратил глаза-бриллианты на крылатое существо и внезапно выстрелил в него огромным языком, который обхватил монстра. Монстр задрожал от страха, когда владыка ящериц начал подтаскивать его к своей громадной пасти, принялся колотить руками и ногами при виде этого разверстого отверстия. Хааашаастаак сделал несколько глотков, и творение Телеба К’аарны исчезло в чреве ящерицы. Потом он неуверенно повернул голову и через несколько мгновений исчез.

Боль пульсировала в разодранной руке Элрика, к которому, облегченно улыбаясь, направлялся Мунглам.

— Я следовал за вами на некотором расстоянии, как ты и просил,— сказал он.— Ведь ты подозревал Телеба К’аарну в измене. Но потом я увидел Телеба К’аарну и незаметно пошел за ним в пещеру вон в тех горах.— Он сделал движение рукой.— Но когда покойный,— Мунглам нервно рассмеялся,— появился из той пещеры, я решил, что лучше будет последовать за ним, потому что мне подумалось, он отправится туда, где пребываете вы.

— Я рад, что ты оказался столь проницателен,— сказал Элрик.

— На самом деле это твоя заслуга,— ответил Мунглам — Потому что если бы ты не предвидел измены Телеба К’аарны, то я бы не оказался здесь в нужный момент.

Мунглам внезапно опустился на траву, упал на спину, усмехнулся и потерял сознание.

Элрик и сам был в полуобморочном состоянии.

— Думаю, что пока нам можно не опасаться происков твоего чародея, Йишана,— сказал он.— Отдохнем здесь и придем в себя. Может, к тому времени твои трусливые воины вернутся, и мы пошлем их в деревню за лошадьми.

Они вытянулись на траве, обняв друг друга, и уснули.

Элрик очень удивился, проснувшись в мягкой кровати Он открыл глаза и увидел Йишану и Мунглама — они улыбались, глядя на него.

— И давно я здесь?

— Больше двух дней. Когда прибыли лошади, ты не проснулся, а потому воины соорудили носилки и несли тебя до Дхакоса. Ты в моем дворце.

Элрик осторожно шевельнул онемевшей, забинтованной рукой.

— А мои вещи все еще в гостинице?

— Возможно, если их еще не украли. А что?

— У меня там в сумке травы, которые быстро залечат эту рану, а также придадут сил.

— Пойду посмотрю, там ли твои вещи,— сказал Мунглам и вышел из комнаты.