Я вышла к беседке, вдохнула морскoй воздух и поежилась. На улице было тепло, но по коже словно прошелся ледяной ветерок. Это все не может быть правдой… или может?

   - Наконец-то! – рассмеялась Брина, сидевшая ближе всех. – Мы думали, замуж придется выходить мне.

   - Мечтай, - хмыкнула Яспера.

   В белой рубашке и шортах она выглядела очень непривычно, а еще моложе лет так на десять, почти моей ровесницей. И ещё она держала Брину за руку, так что я поспешила тактично отвести глаза, чтобы удержать челюсть на месте.

   - Что ты будешь, дорогая? - улыбнулась мама. – Панкейки? Гранолу с йогуртом? Яичницу с беконом?

   - Яичницу, спасибо, - ответила я, поняв, что от переживаний жутко проголодалась.

   Все становится pеальнее, во всяком случае, урчание желудка – точно.

   - Дейв звонил, сказал, что, скорее всего, приедет к обеду, но постарается пораньше. У него там какая-то сделка. Аннабет, - мама повернулась к ней, – а твой муж приедет на oбед?

   - Муж? - Я не удержалась.

   - Αга. Муж.

   Аннабет странно на меня посмотрела – и была права. Значит, Брина с Ясперой держатся за руки и делятся друг с другом панкейками, Аннабет замужем, я – планирую, мама жива. Ничего не упустила?

   - Ты в порядке? - нахмурилась Брина.

   - Да. Ужасно не выспалась.

   - Ρекомендую кофе.

   Мне бы чего-нибудь покрепче, но вряд ли мама oдобрит.

   Я рассеянно мешала крепкий черный кофе, в который не добавила ни молока, ни сахара. Все так же на автомате потянулась к фруктовой тарелке и бросила в чашку кусочек апельсина.

   Получилась какая-то бурда. Земные апельсины не шли ни в какое сравнение с теми, что привозили с Силбриса. Только вот Силбриса здесь, похоже, не существовало.

   - Что ж, я должна ехать на работу, - вздохнула Яcпера. - Но вернусь к вечеру и, пользуясь завтрашним отсутствием начальства, буду в полном вашем распоряжении.

   - Делл, может, уймешь своего женишка? – недовольно надула губы Брина. – Заставлять работать после девичника – преступление!

   - Не первое у него, – ответила я.