Окей, мы выяснили две вещи. Первая: мама – что-то вроде моего менеджера, следит за продвижением и контрактами. Вторая – Кейман мой дядя.

   Ах, да, еще кое-что: кажется, мы все же живем на мои деньги,так какого хрена меня весь день шпыняют за лишний выпитый бокал?

   Но мысль о верховой езде интересная. В доме гoворить опасно, а вот на конной прогулке можно остаться наедине. Почему-то я была уверена, что Кейман поможет. Он просто не мог быть частью этого бреда, а если и был,то очнется, когда я все объясню. Я верила в это горячо и искренне, потому что больше верить было не во что. Только в чудо, которое вернет меня домой.

   Акорион наклонился ко мне, делая вид, что подкладывает в тарелку рулет.

   - Прости, малыш. Мне не нравится, когда мы в ссоре. Я нервничаю. Ты популярна и богата, вокруг тебя актеры и модели, а я сутками пропадаю на работе. Мне всегда хотелось для нас… не знаю, какую-то другую реальность, понимаешь? В которой будет больше времени, в которой мы сможем принадлежать только друг другу.

   Я с такой силой сжала подол платья, что ногтями едва не сделала в чулках дыру. Если бы не люди вокруг, я бы вцепилась ему в волосы. Или воткнула вилку в колено – такая ярoсть затопила все внутри. Усмешка в голосе и недвусмысленные намеки – Акорион и не скрывал, что новая игра доставляет ему удовольствие.

   - Можно мне спаржи? - холодно спрoсила я.

   Он улыбнулся.

   - Тебе можно все.

   Чтобы не сорваться, я схватила бокал с вином и сделала несколько судорожных глотков.

   - Деллин! – возмущенно воскликнула мама.

   - Что?

   - Завтра свадьба! Проснешься с отеками и тяжелой головой.

   - Да плевать.

   - Веди себя прилично! Кейман, пожалуйста, забери у нее вино и налей воды.

   - Ага, а от воды отеков не будет, – пробурчала я.

   - Ты в пoрядке? – шепнул Крост.

   - Да.

   Нет! Мне физически плохо, и никакое похмелье тому не причина, потому что нет никакого похмелья! И девичника не было, и всей этой нарисованной жизни тоже! Я отключилась в лесу, а проснулась в наколдованном мире.

   На кoлено легла горячая ладонь. Приподняла край юбки, коснулась края чулка и погладила кожу, спустившись чуть ниже, чем стоило. Я замерла, так и не попробовав ужин.