— Что подошло? — перебил Швец, доставая сигарету.

— Переучёт, — повторил демон. — Раз в три года все души пересчитываются по секторам пребывания. С этим строго, поверьте, целая комиссия работает, и с ними не договоришься. Как раз срок очередной проверки подходит — через пару недель, согласно планового расписания, должны приступить к ревизии. Казалось бы — всё! Каюк ответственному за укрывательство! Однако он от отчаяния придумал интереснейшую штуку: неофициально заявился к моему начальству и во всём честно покаялся. Попросил помощи. Точно не знаю, почему, однако мои боссы пошли ему навстречу. Скорее всего, по своим, политическим соображения. Ответственный — фигура заметная, просто так не смахнёшь, если сама не свалится... С Карповичем, втайне от ваших спецов, вопрос тоже решили. Там вась-вась, — рассказчик для наглядности потёр ладони, — полный. По работе негласно постоянно контактируют. Договорившись о полном взаимодействии, вызвали меня, обрисовали задачу, тихонько выпустили в ваш мир. И вот я здесь, на полулегальном положении.

Иванов, внимательно слушающий гостя, будто бы рассеяно, спросил:

— Почему только сейчас рассказал?

Марек ответил сразу, не раздумывая.

— Раньше смысла не видел. Прямых указаний помогать в моих розысках вам шеф не давал; да и не хотелось, если честно, лишний раз коллег напрягать. У вас и своих дел полно — что я, не понимаю? Надеялся в одиночку справиться. Мне об этом очень недвусмысленно намекнули: привлекай, мол, кого хочешь, однако сор из избы не выноси! Потому и помалкивал до срока.

Такое примитивное объяснение инспекторов полностью удовлетворило. Насквозь знакомая ситуация. Во время службы в органах каждому доводилось выполнять определённые задачи, подкреплённые негласными указаниями руководства. И не всегда противозаконными. По большей части, «обязательные рекомендации» носили характер «более вдумчивого разбора ситуации» или «не сходить с ума и сделать из высосанного из пальца происшествия отказной материал». Не больше. Для действительно «мутных» дел у начальников имелись особые, проверенные временем сотрудники с не особо высокими моральными планками.

Эти «особенные» сослуживцы, как правило, на работе показывались ближе к вечеру, сразу таинственно ныряли в высокие кабинеты, где подолгу задерживались, тепло беседуя с их обитателями на различные финансовые темы и передавая (хоть своими глазами этого никто и не видел, однако слухи от знакомых коммерсов доходили регулярно) плотненькие пачки денег. При этом «приближённые» совершенно игнорировали коллег, честно тянувших общеполицейскую лямку, с презрением проходя мимо и никогда, без крайней на то нужды, не разговаривая с ними.