Я рассказываю, а она слушает.

Из под моих ног вдруг выпархивает змейка и исчезает в окне костра. Вздрагиваю и замолкаю.

— Она спряталась прямо в огне — ты видел? — спрашивает Рита.

Киваю. Фантазия игровых дизайнеров неудержима.

Мы молчим и я собираюсь задать один трудный вопрос.

— Ты теперь уверена в том, что я сошёл с ума?

Она не отвечает так долго, что мне становится страшно.

— Нет. Ты точно не сошёл с ума.

Она говорит это, а я не могу понять — говорит для того чтобы утешить или и правда так думает.

— Те люди, — спрашивает она, — на кого они были похожи? Опиши их.

Задумываюсь. Я не то чтобы вспоминаю — нет смысла вспоминать картинку, которая до сих пор стоит перед глазами.

— На дикарей. На воинов. Одежда… грубая. Так шьют руками. Из кожи. Чёрной кожи… похожей на ту… похожей на кожу той твари… привязанной к моей ноге. Лица… лица будто изрезаны и заново сшиты. У всех. Шрамы на лицах — и эти шрамы покрашены. Чёрной или белой краской. Толстые шрамы.

— У всех такие лица?

— Да. Я не видел детей и женщин, но у мужчин — да, у всех.

Она снова затихает обдумывая мои слова, а мне вдруг становится легче. Намного легче. То чувство, когда ты уже не один. Теперь не одному мне нужно взламывать мозгом головоломку, которую увидел за порогом своей двери.

— Там есть солнце?

— Да.

— Оно…

— Такое же как здесь? Да…. Похоже. Но вроде бы больше. Кажется огромным.

— Башня… та башня, из которой ты вышел — она как выглядит?