— Сердце того, кто подбежал к тебе билось сильно, — сказал хозяин Затонухи. — Оно и сейчас бьется сильно, он волнуется. А второй прячет волнение. Я слышу.

— Конечно, они волнуются, ты же меня тут держишь, — ворчливо ответила Белава и возмущенно добавила. — Отпусти меня уже. Что прицепился?

Айвор снова рассмеялся, теперь его смех был более привычным, легким и счастливым. Он поставил на пол напряженную девушку, но все еще не выпускал из рук. Мужчина чуть склонил набок голову и рассматривал чародейку.

— Ты мне чем-то напоминаешь мою Айну, — заговорил он. — Жрец-хранитель не может иметь пару, потому я хранил нашу связь в тайне. Она погибла, когда Мари пробивался к святилищу. Айна пахла иначе. Она пахла домом, с ней было спокойно. От тебя пахнет… — он попробовал подобрать слово, — мечтой, свободой… Головокружительный запах.

— Мне надо наверх, — проигнорировала его слова Белава. — Моя мечта наверху волнуется. Отпусти.

— Да, — улыбка мужчины стала печальной, — я почувствовал, он о тебе думает так же. — потом разжал руки. — Спасибо тебе, Белава. Забрать тебя было бы неблагодарностью. Прощай.

Тут же сияющий шар вновь разбился на мерцающую пыль, обволок девушку и понес наверх. На берегу двое мужчин, затаив дыхание, наблюдали, как нечто подняло со дна Белаву и бережно поставило на землю. Она устало улыбнулась своим спутникам и направилась к ним. Радмир сделал было к ней шаг, но Дарей вихрем сорвался с места и кинулся к ученице. Напряжение, все это время тщательно сдерживаемое, в одно мгновение прорвалось наружу:

— Я убью тебя, — заорал он. — Я убью тебя, нечисть кривцовская! Сколько крови ты у меня еще пить будешь? Я тебя спрашиваю, сколько? — и с ходу отвесил ученице увесистую затрещину.

— Дарей! — кинулся к нему воин.

— Ма-а-асте-ер, — заг олосила испуганная и разобиженная девица.

— Не держи меня, друже, — кричал чародей, — не держи меня. Я ее выпорю, как есть выпорю!

— Угомонись, Дарей, — увещевал его Радмир, удерживая в железном капкане рук. — Вернулась живая, слава Великим Духам.

— Убью стервь эту неугомонную, — продолжал бесноваться Дарей, и Белава отбежала подальше, утирая слезы.

Потом чародей выдохся и обмяк в руках товарища. Воин усадил его на землю и попросил девушку дать воды. Она быстро выхватила из торбы глиняную кружку, пошептала, и та наполнилась чистой холодной водой. Радмир взял кружку, слегка задержав руку чародейки в своей, и подал Дарею. Тот залпом выпил и тяжко вздохнул. Только после этого ученица рискнула подойти.

— Мастер, — позвала она, — мастер. Простите меня, я не специально в реку прыгнула. Меня Айвор позвал.