— Меня Белавой звать. Я дочь кузнеца Никодия. Он оружие из альвийской стали делает, слыхал о таком?

— Нет, — покачал головой мужчина. — Никогда не слыхал. Альвийскую сталь всегда только сами альвы куют. Обманываешь меня, Милава.

— Не Милава я, — она устало покачала головой и села рядом с ним, прислонясь спиной к стене. — Что ты знаешь о Богатейке?

— О чем? — не понял узник.

— Об озере, на котором дворец стоит.

— Глубокое оно называется. О нем всякое говорят. Когда-то чародеи говорили, что через него в другой мир попасть можно.

— Глубокое? А мы его Богатейкой называем. Чародейская дружина народ веселит, золотой морок подкидывает людишкам. Да и живности в нем много.

— Чародейская дружина? — мужчина удивленно взглянул на нее. — Какая еще дружина? У нас ее уже десять лет как нету.

— У нас она есть и процветает. Я пять лет как царская чародейка, — улыбнулась Белава.

— Не пойму, что ты мне сказать хочешь? — он внимательно поглядел на нее. — Что ты через Глубокое пришла? Из другого мира, где есть царь, где жива чародейская дружина, а простой кузнец может может управлять альвийской сталью?

— Да, — опять улыбнулась она и не удержалась, положила ему голову на плечо. Уж больно похож на родного странника.

— Опять какую-то подлость Милава замыслила, — сказал Радмир, но не отодвинулся.

— Я правду говорю, — ответила Белава, и потерлась щекой о плечо мужчины.

— Почему ты так льнешь ко мне? — подозрительность вновь вернулась к нему. — И вчера тоже.

— Жених у меня есть в моем мире, воин-странник. Радмиром его зовут и на тебя похож очень сильно. Обидела я его пять лет назад, а вчера почти помирились, но я сюда попала. Теперь уж, наверное, не простит. — и вдруг заплакала, уткнувшись лбом все в то же плечо узника.

Мужчина неловко обнял ее и погладил по волосам. Странное это было чувство, жалеть того, кого всей душой ненавидишь, но ощущение, что это совсем другой человек, почему-то все больше охватывало его. И очень хотелось верить ее словам.

— Как ты своего Радмира обидела? — хрипловато спросил он.

— Сбежала в день свадьбы, — всхлипнула девушка. — Получила приглашение в чародейскую дружину и сбежала. Дура была, знаю. Сто раз пожалела, но выпросить прощения не получилось. А вчера ответил на мой вестник… А я снова исчезла, — она опять всхлипнула и обхватила руками шею узника.

— Простит, коль вернешься, — он снова погладил ее.

— А ежели нет? — Белава оторвалась от него и с ужасом огляделась. — Я ведь и правда могу остаться тут навсегда!