— Но что-то же их удерживает на месте, — снова заговорил Радмир.

— Этого я не видела, — признала чародейка. — Почувствовала только, как альв боится. — она зябко поежилась. — Если никто не пойдет, я одна пойду!

— Не горячись, Анариэль, — улыбнулся Руалар. — Тиамар и Ниахар могут открывать переход, они достаточно сильны. Еще четырех призову. Двое, правда, еще не до конца восстановились, но помочь смогут. Да и в бою им равных нет.

— И все же я пойду с вами, — Радмир встал и с вызовом посмотрел на Повелителя.

— Хорошо, — сдался тот.

— И я! — Гурди поудобней перехватил свою кирку.

— Гурди, там может быть опасно, — попыталась остановить его Белава.

— Среди гномов нет трусов, — гордо ответил Гурди.

— А мы? — Гарко возмущенно сверкнул очами, Дарислав молча наблюдал за всеми.

— Слишком много, — покачал головой Повелитель. — Будет сложно. Идем я, Анариэль, четверо альвов и гном с человеком. Все. Больше взять не можем.

Гарко недовольно крякнул, Дарислав молча кивнул. Катай просто обиделся, за что получил затрещину заботливой отцовской дланью.

— А вы мечи к битве готовьте, — подмигнул Руалар. — Змея ждать не будет. Скоро все вдоволь натешатся. На Черную Башню пойдем.

— Это дело, — немного успокоился богатырь Гарко.

Радмир ушел за мечом, Руалар отправился созывать нужных ему альвов, гном никуда не ушел. Он встал у окна, где не так давно стоял Руалар и деловито поглаживал свою кирку. Белава подумала и заменила костюм царских чародеев на альвийский. Мало ли демоницу призывать придется, так он вытянется, чтоб опять в лохмотьях не ходить. Гурди с любопытством смотрел на мерцающий туман, окруживший чародейку, который осел на ней, принимая форму тела. А когда туман совсем исчез, то на девушке поменялась одежда. Гном осмотрел ее со всех сторон и хмыкнул:

— На ушастых стала похожа, только не ушастая.

Белава рассмеялась и поцеловала человечка в щеку. Гурди покраснел и проворчал:

— Чего еще удумала, глупая баба. Ладно, можешь еще поцеловать, коли я тебе так нравлюсь.

Она снова развеселилась и поцеловала гнома во вторую щеку. В это время вошел Радмир и поинтересовался:

— Это здесь всех целуют? Так я тоже не прочь.

— Не завидуй, — хмыкнул Гурди и вышел из комнаты.