Кэлен поплотнее закуталась в халат. Лето заканчивалось, и холод предвещал непростые времена.

В предрассветной тьме равнины Азрита были почти неразличимы. Много раз она любовалась видом огромного неба и пустынных земель. Мир без мантии зеленых холмов, лесных ковров и драгоценных бурных потоков воды был чистым и честным в своей простоте.

В некотором роде равнины служили напоминанием о том, каким жестоким и неумолимым был мир жизни за фасадом красоты.

Но сейчас рассмотреть что-то можно было только во вспышках молний. Свет ламп из спальни подсвечивал струи дождя.

Мрачный и недобрый пейзаж вполне подходил настроению Кэлен.

Она очень хотела детей — детей от Ричарда. Она и так знала о беременности, но новость о близнецах заставила ее задохнуться от радости. Впрочем, какими бы желанными ни были эти дети, она не осмеливалась поверить, что имеет право на них.

Со спины к ней подошла колдунья.

— В Северной Пустоши уже наступила зима. Скоро она будет и здесь.

— Ты пришла оттуда? — спросила Кэлен, разум которой был занят холодными темными размышлениями.

Шейла кивнула и мягко положила руку на плечо Кэлен.

— Я знаю о твоих беспокойствах и страхах, — сказала она, словно читала мысли Кэлен. — Но дети, которые переймут дар лорда Рала и твою силу, в будущем помогут сохранить наш мир. Время для их появления самое подходящее.

Кэлен скрестила на груди руки:

— Оно совсем не подходящее. Рожу их, и за ними будут охотиться Золотая богиня и ее раса. Мир нуждается в них, нуждается в продолжении нашего магического рода, чтобы в будущем народ не лишился защиты, но именно поэтому Золотая богиня не позволит им выжить. — Кэлен уставилась в темноту. — Она придет за ними.

— Хочешь разыскать травницу, которая убьет нерожденных детей в твоей утробе раньше, чем Золотая богиня?

Кэлен передернуло от идеи убить своих детей еще до их рождения. Но эта темная мысль, не совсем сформированная, блуждала на краю ее сознания. Шейла выразилась очень жестко и была права, но Кэлен все равно подумала о милосердии такого поступка.

По ее щеке скатилась холодная слеза.

— Я этого не говорила.

— Мать-Исповедница, твоя беременность — радостное событие. Эти двое детей сохранят дар лорда Рала. К тому же, тебе не придется быть последней исповедницей.

— Невозможно узнать, перейдет ли наш дар детям. Они могут оказаться пропущенным звеном. Магия не всегда переходит детям одаренных и часто пропускает одно поколение или даже несколько. — Она знала, что дочери исповедниц всегда наследуют силу матери, но не все сыновья лорда Рала рождаются волшебниками.