— Я знаю, о чем вы говорите. О людях, которые невольно обрели покровительство Нового Бангора, хоть сами о нем не просили. Как правило, об этом любят болтать никчемные шарлатаны и самозваные демонологи, воображающие себя опытными оккультистами. И, как правило, они ни черта не смыслят в этих делах, а их истории представляют собой полнейший вздор, рассчитанный на экзальтированных особ и доморощенных мистиков. Я тоже слышал подобные. О пулях, которые внезапно отскакивают от груди и о прочем в том же духе.

— Но ведь…

— Фавориты. Протеже. Любимчики Левиафана. Никто точно не знает, отчего они пользуются его расположением. Может, в его глазах они что-то сродни дорогим коллекционным игрушкам. А может, это что-то сентиментальное, хотя я в этом сомневаюсь — чудовища вроде Него редко бывают сентиментальны…

— Но…

Лэйд обнаружил, что не может перебить полковника Уизерса, хоть тот и не пытался повысить голоса. Это было то же самое, что пытаться перебить рокот прибоя или гул ветра в прибрежных скалах.

— На самом деле это действует не так. Можно тысячу раз обвинять Левиафана в шулерстве, однако надо признать — своих собственных правил он никогда не нарушает. Лезвие не превратится в гусиное перо, а пуля — в спелую сливу. Все происходит… иначе. Безукоризненно смазанный револьвер вдруг даст шесть осечек подряд. Занесенный для удара нож вдруг выпадет из онемевшей руки, подсыпанный недоброжелателями яд окажется слабым или просроченным, а если такому человеку доведется быть сброшенным с крыши, он обнаружит, что упал аккурат на выброшенный кем-то матрас.

— Он — мастер тонкой работы, — неохотно заметил Лэйд, — Его непросто поймать на фокусе.

— Вот именно. Он никогда не стал бы действовать так… — полковник Уизерс быстро нашел нужное слово, — грубо. Наш с вами Уилл, мистер Лайвстоун, не просто потрясающий везунчик, а его чудесные спасения — не результат поразительного везения, что можно было списать на руку Левиафана. Напротив, они откровенно нарушают законы здешнего бытия. Его собственные законы. А это может говорить лишь об одном.

Полковник Уизерс выжидающе замолчал, предоставив Лэйду возможность закончить.

— Значит, он не фаворит Нового Бангора.

— Нет. Даже напротив. Судя по тому, какому количеству опасностей он подвергается на каждому шагу, я бы сказал, что Новый Бангор желает его убить. Но по какой-то причине не может.

Лэйд невольно сам взглянул вверх. Не для того, чтоб полюбоваться на облака — чтобы убедиться, что между ними не сверкнет молния, мгновенно превратив полковника Уизерса в щепоть золы.