Учёный удивлённо замер, а осёл под ним странно рассмеялся и прыснул:

— Хвее!

Учёный опустил удочку, позволяя ослу укусить морковку, и с улыбкой спросил:

— Даже Император-Основатель?

Осёл откусил кусок от морковки, которая вдруг жалко завизжала, между тем откушенная от неё часть отросла, но она так и продолжала болезненно визжать.

— Морковь превратилась в дух! — шокированный водный цилинь подошёл поближе присмотреться, как вдруг морковка протянула вперёд руки и ударила его прямо в нос, из-за чего из того обильно потекла кровь.

— Морковь живая! — воскликнул водный цилинь.

— На что уставился? — сердито спросила морковь. — Ты тоже начнёшь выть от боли, если будешь избит! И я не морковка, а женьшень! — она ухватилась за леску удочки и изо всех сил попыталась освободиться, крича. — Отпусти меня, я хочу избить идиота, посмевшего оскорбить меня. Я открою этому подонку глаза!

Цинь Му посмотрел на морковку удивлённым взглядом и с улыбкой ответил:

— Даже Император-Основатель.

Глаза учёного блеснули, и он сказал:

— Я тоже совершенствуюсь в навыках меча и могу с некоторой долей уверенности говорить, что от прошлого до настоящего только два-три человека могу превзойти меня в них. Мои навыки вошли на путь, и я довёл мой путь до тринадцати писаний. В аспекте навыков меча я тоже допускаю, что мои достижения не плохи, поэтому мне бы очень хотелось встретиться с человеком, кто считается в них лучшим в течение последнего миллиона лет.

Учёный отложил свой перьевой веер и удочку, после чего моркови наконец удалось найти опору на голове осла. Леска обвивала её голову, в то время как она сама прыгала туда-сюда по голове осла, сжимая кулаки в боксёрском стиле и крича в сторону водного цилиня:

— Подходи, давай драться!

Мерцая взглядом, учёный заговорил:

— Используя жизненную Ци в качестве мечей, мы с тобой обменяемся парочкой ударов. Не волнуйся, я не стану тебя задирать своим совершенствованием или использовать для подавления путь меча.

Цинь Му покачал головой со словами:

— На спине осла ты можешь исполнить что угодно, я не хочу тебя задирать.

— Можно часто встретить учёного, путешествующего по миру на осле с мечом на поясе, пишущего стихи о владении им и убивающего людей. К тому же ты на голове цилиня и тоже не можешь чувствовать себя свободно, — с улыбкой говорил учёный. — Когда я закончу своё первое движение, ты спрыгнешь с головы цилиня. После второго ты окажешься в десяти километрах от этого места, а после третьего в ста. К концу четвёртого ты скроешься за тысячей километров.

Цинь Му улыбался, но в то же время, казалось, нет: