Офелия приготовилась к худшему.

– Я боялась, что он тут же испробует ваши свойства на своей Книге. И меня пугает результат такого чтения. Если вы потерпите фиаско – а с учетом неудачи ваших предшественников такое вполне вероятно, – он может дать волю своему гневу, вот чего я опасаюсь.

Офелия поняла, что от волнения не сможет допить кофе, и поставила чашку на столик.

– Вы хотите сказать, что, если я сразу же не удовлетворю его любопытство, он может меня наказать?

– О, конечно, он не причинит вам зла сознательно, – вздохнула Беренильда, – но от этого последствия будут не менее тяжкими. Если бы вы знали, сколько людей лишилось рассудка до вас! А он, как истый ребенок, всегда слишком поздно жалеет о содеянном. Фаруку неведома уязвимость смертных, особенно тех, кто не унаследовал его свойства. В его руках вы будете хрупкой соломинкой, не более того.

– А он, случайно, не полоумный, этот ваш Дух Семьи?

Беренильда с ужасом воззрилась на Офелию, но та стойко выдержала ее взгляд. Она слишком много пережила за последнее время, чтобы хранить свои мысли при себе.

– Такие слова сильно сократят ваше пребывание среди нас, если вы произнесете их на людях, – предупредила ее Беренильда.

– А чем, собственно, отличается Книга Фарука от Книги Артемиды? – спросила Офелия уже деловым, профессиональным тоном.

Беренильда пожала плечом, которое при этом соблазнительно выскользнуло из ее глубокого декольте.

– Признаюсь вам откровенно, дитя мое, я мало интересуюсь этой проблемой. Я видела Книгу всего раз в жизни, и с меня хватит. Отвратительная вещь, просто мерзкая. Похожа на…

– На человеческую кожу или что-то подобное, – прошептала Офелия. – Я уже раздумывала над этим: нет ли в составе ее бумаги какого-то особого ингредиента?

Беренильда бросила на нее взгляд, в котором поблескивало лукавство.

– А вот это уже касается не вас, а Торна. Ваше дело – выйти за него замуж, передать ему свой талант чтицы и попутно подарить нескольких наследников. Большего от вас и не требуется.

Офелия стиснула зубы. Эти слова жестоко уязвили девушку. Значит, Торн и Беренильда ее ни во что не ставят?

– Итак, что же вы собираетесь предпринять? – сухо спросила она.

Беренильда поднялась с решительным видом:

– Я постараюсь вразумить Фарука. Надеюсь, он поймет, что в его интересах обеспечить вам безопасность до дня свадьбы, а главное – пока ничего не ждать от вас. Он ко мне прислушается, я умею его убеждать.