Вязка носок иглой подходила к концу, и надо было думать, как встретиться с моим новым – старым знакомым. Реконструкторы, или моделяторы, как они называли себя в двухтысячных годах, собирались в парке возле театра молодежи. Там была оформлена большая площадка, где вечером светили красивые фонари, а по периметру стояли удобные лавочки. В центре же можно было пофехтовать на мечах или постоять, пообщаться большой компанией. На холодное время ребята снимали для тренировок спортзал, но начиная с весны, собирались по воскресеньям на всем знакомой площадке. Вот там-то выловить Владимира я и планировала. Вова – это еще один человек, с которым мне в жизни очень повезло. Старше меня на десять лет, он стал сначала моим учителем, потом другом, а потом и вовсе родственником. Так как был крёстным отцом моего сына. Владимир стоял у истоков движения исторической реконструкции в нашем городе, был сначала негласным лидером клуба (тогда еще исторического моделирования), а потом и главой клуба. Организовывал турниры, фестивали. Разговаривал с администрацией, чиновниками. Выбивал гранты, отправлял на мероприятия в другие города молодежь. Стержень и душа клуба в одном лице.

У него были золотые руки, он прекрасно работал с деревом, кожей, железом. Он умело фехтовал, ездил на лошади, фанател по средневековой Руси. В те короткие мгновенья, когда я мечтала о брате, я его представляла таким, как Вова. Однако в две тысячи третьем году он был почти в самом начале пути. Только год, как клуб официально отошел от ролевого движения и всерьез занялся изучением средневекового быта и вооружения. И мне нужно было каким-то образом оказаться в воскресенье в парке и напроситься на ремонт детали от прялки. Учитывая, что меня даже в кино с подругами на новогодних каникулах со скрипом отпустили, сделать задуманное будет непросто.

Учитель по литературе опаздывала на урок. В классе стоял в связи с этим ожидаемый гомон. Броуновское движение или пчелиный улей – называйте, как угодно. Каждый с каждым о чем-то разговаривал. Кто-то напевал «Невесту» Глюкозы, кто-то вслух повторял заданное стихотворение. Я лежала на парте и пыталась спать. Сзади откровенно доставал своего соседа по парте Олег:

– Ну, Леха, объясни, зачем покупать абонемент, чтобы потом не идти на матч?

– Я не могу, у меня у бабушки день рождения, – вяло отнекивался тот.

– Сходишь на игру, потом на день рождения.

– Не могу, мама не пускает, едем с самого утра.

– Да что за ерунда! Наши с китайцами играют, а ты!

Знакомый диалог. Именно с моего похода на хоккей вместо Алексея и начались наши с Олегом «отношения». Только мне отношений сейчас никаких не надо. Поэтому лежим тихо и не встреваем.