– Твоя правда, лорд. Ты не сумел, и мы тоже. Но мы чуток поразмыслили, и Сакса, вон он стоит, – Удд показал на одного из помощников, – напомнил, что всяк, кто зарабатывает горбом, знает про то, что ноги сильнее рук. Вот мы и взяли толстые дубовые колодки. Спереди пропилили пазы, вставили пластины и закрепили их клином. Потом приладили спусковые крюки, как на больших машинах. И насадили на дерево вот эти железные петли. Попробуй-ка, лорд! Сунь ногу в петлю.

Шеф подчинился.

– Возьмись за тетиву обеими руками, упрись ногой и тяни, пока тетива не перекроет крюк.

Шеф напрягся и ощутил, что тетива очень нехотя, но поддалась. Тщедушный Удд и его коротышки-товарищи недооценили силу рослого человека, закаленного в кузнице. Тетива со щелчком улеглась на спуск. Шеф понял, что держит своеобразный лук, но только такой, что можно поворачивать плашмя, а не ставить вертикально, как деревянный ручной.

Кто-то с ухмылкой подал Шефу короткую стрелу – потому короткую, что стальной лук, в отличие от деревянного, сгибался всего на несколько дюймов, а не на половину длины руки. Шеф уложил ее в грубую выемку на боку колодки. Круг людей раздался, открывая дерево в двадцати ярдах.

Шеф выровнял лук и машинально прицелился сквозь оперение стрелы, как делал на крутопульте. Затем надавил на спуск. Не метнулась черной молнией крученая жила, не шарахнула яростная отдача, обычная для больших боевых машин. Стрела, однако, умчалась и вонзилась точно в середку дубового ствола.

Шеф дошел до мишени и схватился за стрелу. Освободив примерно с десятого рывка, задумчиво осмотрел.

– Не плохо, – сказал он. – Но и не хорошо. Хоть лук и стальной, я сомневаюсь, что он бьет сильнее, чем наши охотничьи. А они слишком слабые для войны.

Удд расстроился и по привычке собрался каяться, как подобало рабу перед суровым хозяином. Шеф поднял руку, веля ему замолчать.

– Не беда, Удд, мы все понемногу учимся. Это новая вещь, и мир еще такой не видел. А кто ее сделал? Не Сакса ли, который вспомнил, что ноги сильнее рук? Не ты ли, запомнивший, как твой хозяин ковал сталь? Или я, поручивший тебе лук изготовить? А может быть, древний римский народ, от которого я узнал, как мастерить крутопульты, – ведь с них-то все и началось? Нет, это не наша заслуга. Мы видим перед собой совершенно новую вещь, но не новое знание. Это знание старое, но сохранившееся во многих умах по частям, которые теперь соединились. Надо подумать, как сделать эту штуку мощнее. Не сам лук, он достаточно хорош. Дело в тетиве. Как удвоить силу, с которой она натягивается?