Плюс один. Горожанин исчез из поля зрения, и передо мной возник настоящий боец, прикрытый добротной стальной кирасой вояка средних лет в овальном, словно куриное яйцо, стальном шлеме. В его левой руке треугольный щит с каким-то затейливым цветным гербом, а в правой – длинная сабля, очень красивая и наверняка дорогая. Под доспехом одежду не видно, но вряд ли он простой наёмник или дружинник, скорее всего, дворянин, который припёрся сюда за славой. А вот хрен тебе, а не славу! Ложный выпад в лицо противника. Он вскинул щит, а я сделал шаг на него, слегка присел и снизу вверх засадил клинок под латы. Кольчужной юбки у противника почему-то не оказалось, и остриё клинка с лёгкостью пробило все преграды и вонзилось в живот.

Всё это происходит в считаные секунды, и я снова в общем строю, готов к продолжению схватки. Но начинается свалка, самая опасная драка в битве. Сверху на отряд, с которым я прорывался через вражеский лагерь, накатила толпа в пару тысяч рыл, кто такие, непонятно, сброд из нескольких отрядов, если судить по вооружению и одежде. И вся эта масса буквально захлестнула нас. Затрещали щиты, заорали люди, и от человеческой сутолоки стало душно. Но мы выстояли. Удержали стену из щитов и, орудуя клинками, которые скользили в зазоры между ними, расчистили себе путь дальше. Правда, от постоянных ударов палицей, которой бился один из ляхов, убитый Немым, мой щит почти развалился, а рука, как это бывает в подобных случаях, словно отсохла. Однако это мелочь. Главное, что мы выстояли и бойцов потеряли немного, а остальное чепуха, благо щитов вокруг много.

Наконец умывшиеся кровью ляхи на краткий миг отхлынули назад, и без всяких команд наш строй качнулся вслед за ними. Красиво. Словно волна накатила на берег, а затем, когда она пошла обратно в море, суша последовала за ней. Но это так, случайная ассоциация, пришла и ушла, потому что бой продолжался.

– Святовид! Руян! Бей! Круши! – С бешеным рёвом варяги вломились в ляхов, и противник, несмотря на толкучку и подкрепление, которое поджимало передовых бойцов со спины, побежал.

Поляки уже не желали боя, добычи и славы, а хотели только выжить. Да вот проблемка: отпускать их никто не собирался. Кровь за кровь. В том обществе, что стало для меня родным, это непреложный закон, и варяги точно так же, как атакующие вражескую конницу бодричи, как идущие за нами поморяне и нападающие на врага с тыла лютичи, следовали ему всегда.

Хр-мм! Бум-мм!!! Над полем боя прокатился звук столкновения. Это наши щиты дружно ударили в доспехи и оружие врага, который обратился в бегство. И следом вновь пришёл черед клинков.