Они оба услышали, как открылась дверь, и кто-то позвал Джессамину. Уилл отпустил руку Джема, оба упали на пол и подползли к краю, чтобы видеть происходящее внизу.

Глава 16 Слепая ярость

Глава 16

Слепая ярость

Тесса пробиралась по людным тротуарам Истчипа и думала, что разгуливать по улицам Лондона, переодевшись юношей, — особое удовольствие. Встречные мужчины не замечали ее вовсе, деловито проталкиваясь в ближайшую таверну или сворачивая за угол. Ночью в своем элегантном платье она неминуемо привлекла бы всеобщее внимание. А этом наряде стала невидимкой. Раньше она и не подозревала, какую легкость и свободу дает незаметность! И все же ей было не по себе, как тому аристократу из «Повести о двух городах», что ехал в повозке для осужденных на казнь.

Лишь раз она заметила Сирила, когда пробиралась дворами на Минсинг-лейн. Наконец она подошла к дому под номером тридцать два — огромному серому строению за железным забором, который в сумерках казался зубастым ртом. На воротах висел замок, но он был открыт, и Тесса проскользнула внутрь. Поднявшись по пыльным ступеням к входной двери, она обнаружила, что та тоже не заперта.

Внутри были пустые давно заброшенные комнаты, выходящие окнами на Минсинг-лейн. Одинокая муха жужжала и билась в стекло, потом устала и села на пыльный подоконник. Тесса поежилась и торопливо двинулась дальше.

Заглядывая в каждую комнату, она ожидала и боялась увидеть Ната, но его нигде не было. В последней комнате оказалась дверь, ведущая на склад, сквозь заколоченные окна сочился тусклый синеватый свет. Тесса неуверенно оглянулась и тихо позвала:

— Нат!

Он вышел из тени между двумя облезлыми колоннами. В тусклом свете его длинные белокурые волосы ярко сияли под шелковым цилиндром. Тот же голубой сюртук, черные брюки и ботинки, но от былой безукоризненности не осталось и следа: волосы растрепаны, на щеке грязь, одежда измята, словно он в ней спал.

— Джессамина, — с явным облегчением сказал он и распахнул объятия, — моя дорогая!

Она медленно подошла, напрягшись всем телом. Прикосновения Ната вызывали у нее отвращение, но выхода не было. Он обхватил ее руками, потом стянул с нее шляпу, и светлые локоны рассыпались по плечам. Она вспомнила, как Уилл вынимал шпильки из ее волос, и проглотила ком в горле.

— Скажи, где сейчас Магистр, — начала она дрожащим голосом. — Это ужасно важно. Видишь ли, я подслушала, что замышляют охотники. Знаю, ты не хотел говорить мне, но…

— Ясно! — хрипло сказал он, убирая рукой ее волосы. Потом взял ее за подбородок и заставил поднять голову. — Но сначала поцелуй меня, голубка!