—
—
— Когда-то она была помолвлена. Ты не знала? После женитьбы наших, то есть твоих, родителей. Ее жених умер до свадьбы, а она оказалась на сносях. И твоя мать вырастила ребенка как своего, чтобы никто не узнал, что сестра вступила в супружеские отношения до заключения брака. Что она шлюха! — В словах его была неподдельная горечь. — Я не твой брат, я никогда им не был. Генриетта… она даже не обмолвилась, что я ее сын. Я все узнал из писем твоей матери. И все эти годы она тоже молчала. Ей было слишком стыдно сказать правду.
— Ты убил ее, — деревянным голосом сказала Тесса, — убил свою мать…
— А что мне было делать? Ведь она отреклась от меня. Стыдилась меня. Я так никогда и не узнаю, кто мой отец. Она была шлюхой. — Голос Ната звучал опустошенно. Да и сам Нат всегда был пустым… Красивая пустая обертка, не более, а Тесса с тетей пытались разглядеть в нем сочувствие и сопереживание, хотя их не было и в помине.
— Зачем ты сказал Джессамине, что моя мать была Сумеречным охотником? — спросила Тесса. — Даже если твоя мать — тетя Генриетта, то ты тоже охотник, ведь она сестра моей матери. К чему эта нелепая ложь?
— Ах, так тебе интересно знать правду? — самодовольно ухмыльнулся Нат и крепче сдавил ее шею.
Тесса закашлялась и вдруг вспомнила, как Габриэль повторял: «Целься в коленную чашечку, боль будет невыносимой».
Она пнула его каблуком в колено, раздался глухой хруст. Нат завопил и упал как подкошенный, увлекая Тессу за собой. Падая, он больно ударил ее локтем в живот, не ослабляя хватки. Она судорожно вздохнула, глаза налились слезами.
Она снова пнула его, пытаясь вырваться; удар пришелся мимо, братец бросился на нее, вцепился в жилет и резко дернул. Пуговицы так и посыпались на пол. Другой рукой он поймал ее за волосы, а она впилась ему в лицо ногтями. Из царапин брызнула кровь, и в пылу схватки Тесса испытала прилив гордости за себя.
— Пусти меня, — выпалила она. — Все равно не убьешь, ведь Магистру я нужна живой…
— Живой — да, но вот невредимой тебе не быть! — прошипел Нат.
По лицу и подбородку у него струилась кровь. Он намотал ее волосы на кулак и притянул девушку к себе. Она вскрикнула от боли и попыталась снова пнуть его ботинком, но он ловко увернулся. Едва дыша, Тесса мысленно позвала: «Джем, Уилл, Шарлотта, Генри, где же вы?»
— И куда это запропастились твои дружки? — ехидно спросил Нат, поднимаясь на ноги и таща ее за волосы следом. — Гляди-ка, вот и первый. — Раздался скрежет, и мелькнула какая-то тень. Нат повернул ее голову на звук и сказал: — Полюбуйся, что тебя ждет!