Конец дня ознаменовался визитом Юлии Петровны. Шавриной, мать ее, так ее…

Дама вплыла в приемную аки белая лебедь. Условно белая. Платье было из белого кружева, полупрозрачное, и всем желающим было видно, что под ним ничего нет. А зачем?

Красоту надо показывать миру! Красотой надо любоваться!

Женя, которая как раз забежала к Малене отдать документы, тихо зашипела сквозь зубы. Сама же Матильда спешно передала управление Марии-Элене и отстранилась.

– Антон у себя?

Видимо, врываться без предупреждения красотку отучили надолго.

– Добрый вечер, госпожа Шаврина.

Юля скрипнула зубами, но что тут скажешь?

Только что ее в очередной раз поставили на место. И получилось не так, что она стоит выше всякой обслуживающей шушеры, а просто – она невоспитанная хамка. Которой и поздороваться лень.

– Тоша у себя, спрашиваю?

– Антон Владимирович у себя, – спокойно ответила Малена.

– Доложи, что я пришла.

Малена недолго думая нажала клавишу селектора.

– Что?

– Антон Владимирович, к вам госпожа Шаврина.

– Пусть подождет две минуты.

Малена подняла глаза на Юлю, которая стояла, выпятив грудь, словно стенобитное орудие.

– Антон Владимирович просил вас подождать…

– Да слышала уже! А ты, чучелко, еще работаешь? – обратилась она к Жене.

Та вспыхнула: