Лорена услышала шум, но сразу не побежала.

Мало ли? А вдруг она помешает уговорам? И ворвется в самый разгар процесса? Нет, так нельзя…

Шум стих.

Лорена подождала для верности полчаса, потом кивнула служанкам, которые были верны только ей, и направилась к покоям племянницы.

Остановилась у дверей, постучала…

Тишина.

– Мария-Элена, дорогая, к тебе можно?

Опять тишина…

Лорена занервничала. И толкнула дверь.

Та открылась неожиданно легко. Внутри было темно, как в подземелье, плотные шторы не пропускали в комнаты ни лучика света… Лорена повыше подняла свечу, которую держала в руке.

– Ах!

На полу, без сознания, лежал Лоран Рисойский. И признаков жизни не подавал.

Причина красноречиво отблескивала медными боками рядом с пострадавшим. Детство, говорите? А зачем усложнять себе жизнь? Главное – не возраст метода, а его действенность!

Лорена бросилась к брату.

То есть она хотела. И сделала два шага. А потом пол вывернулся из-под нее, словно… нет, не словно! Такой и есть! И красавица крепко приложилась головой о ноги брата.

– Ау-у-у-у-у-у-у!

Пришлось вступать в действие и служанкам. А именно: некрасиво опускаться на колени и почти за ноги вытаскивать госпожу из зоны поражения.

У дверей Лорена перевернулась и села сама.

– Что это за… и…?

Одна из служанок коснулась пола.