– Видит, что игрушка мимо ручек уходит, и бесится,
– А его мать?
– А его мать?
– Видит, что сынуля бесится, и пытается установить и устранить причину.
– Видит, что сынуля бесится, и пытается установить и устранить причину.
– Может, нам правда уволиться?
– Может, нам правда уволиться?
– Боюсь, что будет только хуже, – честно призналась Матильда. – Ты же слово дала Давиду…
– Боюсь, что будет только хуже,
– Ты же слово дала Давиду…
– И не откажусь от него!
– И не откажусь от него!
– Увольнением ты просто развяжешь Антону руки. А отбиться… мы сможем?
– Увольнением ты просто развяжешь Антону руки. А отбиться… мы сможем?
– Мы не захотим, – шепнула про себя Малена. – Просто не захотим… Тильди, вот так оно и бывает? Когда – любовь и близость?
– Мы не захотим,
Просто не захотим… Тильди, вот так оно и бывает? Когда – любовь и близость?
Матильда вздохнула. Ну… наверное.
Когда тянет к мужчине, и хочется податься вперед, вжаться лицом в его ладонь, и чтобы он тебя поцеловал, ну и что там дальше… она же чувствовала все то же самое, что и Малена, а сестричка реагировала слишком остро.
Матильда читала книги, знала про физиологические проявления, но… видеть ядерный взрыв на экране и оказаться в его эпицентре, все же слишком разные вещи.