С утра по Интаре поплыли два десятка плотов.
Кое-как склепанных, забитых людьми, но поплыли. Кто бы знал, каких сил стоило убедить людей уйти? Рид просто приказывал под конец.
Самоубийцы!
Разрешите остаться и сложить голову в бою?
Нет, не разрешаю, надо доставить в Равель раненых.
Народ был весьма недоволен, но спорить с маркизом никто не решался. После бессонной ночи Рид выглядел таким добрым и отзывчивым, что возражать ему не решился бы и Восьмилапый.
Отправился вниз по течению и весьма недовольный этим Сашан Риваль. Сотник хотел остаться, но Рид счел, что кто-то должен быть старшим, да и сложно сражаться с разрубленным плечом. Так что…
Плоты ушли.
Рид осмотрел свой отряд.
Да… сто пятьдесят два человека – это маловато. Ничего, переживем! Добавим боевого духа и размажем еще несколько отрядов степняков, как масло по хлебу!
Ранены – все. Устали – все. Озверели тоже все. Это ж наш любимый расклад, осталось пойти и победить!
Маркиз весело улыбнулся.
– Ну что, еще один марш-бросок? До Ланрона?
Возражений ни у кого не было.
Усталый, но довольный собой отряд двигался к новой битве.