– Госпожа Сирт, вы не распорядитесь? Матушка, вам вина?
– Нет, благодарю.
– Матушке Эралин – красного вина. Нам с вами воды. И пусть подадут что-нибудь сладенькое, для матушки. Или может, позавтракаете?
Матушка Эралин сбилась с настроя, хлопнула ресницами.
– Я не голодна. И надеюсь, ты мне все объяснишь?
– Что не так, матушка?
– Это действительно писала ты?
Листок спланировал прямо на стол перед Марией-Эленой. Матильда пробежала глазами по строчкам. Да, это было не послание запорожцев турецкому султану, но написано было доходчиво и четко. Что она и зачитала вслух, к немалому удовольствию графа Ардонского.
Матушка Эралин. Благодарю за вашу заботу. Надеюсь, вы помолитесь за меня, моего супруга и моих будущих детей. О большем вас просить я права не имею. Мария-Элена, герцогесса Домбрийская.
- Да, это мое письмо. С ним что-то не так?
Матушка Эралин замялась. Не орать же во всеуслышание: «Ты не могла такого написать!» Или «Вранье, все вранье!!!».
– Мне показалась незнакомой рука, – вывернулась настоятельница.
– Мне надо написать что-нибудь для сравнения? С удовольствием. Хотите, перепишу для вас пару-тройку стихов? Вы любите Амбросия Истанского? Или подыскать что-то поблагодушнее?