— Что ж, — все тот же верховный приторно сладко улыбнулся, — так даже лучше. Полагаю, вы понимаете, что раз уж мы пришли сюда, то обо всем подумали. И обратной дороги у нас нет. Теперь, когда вы видели наши лица и знаете наши намерения. Вы можете сдаться, и тогда ваша смерть будет быстрой.

Рен промолчал, сверля верховного гневным взглядом исподлобья. Я не сразу поняла, что он просто занят призывом стражей. Лишь когда они начали появляться перед нами, заслоняя собой как щитом, я поняла, что от слов мы переходим к делу. Сердце зашлось к груди, но вместе с тем я почувствовала и уже знакомое покалывание во всем теле. Сила готовилась прийти мне на помощь, вот только я не успела научиться ею пользоваться.

— Ваши мертвые стражи не причинят нам вреда, шед Фолкнор, — усмехнулся верховный.

В его ладонях вспыхнуло пламя, похожее на то, каким Рен сражался с приходящими, только оно было красновато-оранжевого цвета как настоящий огонь. Остальные верховные сделали то же самое. Младшие жрецы принялись формировать похожие шары двумя руками, но у них получалось медленнее.

Стражи бросились вперед, стремясь накрыть собой и уничтожить противников, но сгустки Силы, посылаемые верховными, уничтожали их еще на подлете. Очень скоро стражей не осталось, и младшие жрецы атаковали нас.

Госпожа Фолкнор и Ронан вскинули руки, вдвоем формируя общий заслон, который закрыл нас от огненных шаров. Этот залп их щит вполне мог выдержать, но я сомневалась, что они продержатся долго.

Роза достала из кобуры пистолет, а Рен выпустил мою руку, потому что ему нужна была его вторая, чтобы иметь возможность сражаться в полную силу.

— Отойди за меня, — напряженно попросил он.

Во мне все протестовало против такого, но Роза бесцеремонно дернула меня назад, сама пряча за спину жениха и становясь рядом с ним, чтобы не дать мне вылезти вперед. Что происходило у нас за спиной, я не знала, но понимала, что там каждый тоже готовится к атаке в меру своих возможностей.

Наши перспективы выглядели удручающе. Южных было слишком много. Пятеро верховных против одного нашего, младшие жрецы против магов-недоучек. Мы были обречены, я это понимала. Полагаю, остальные тоже.

По телу вновь прокатились покалывание и холод, кисти рук ужасно мерзли, и я засунула их в карманы пальто. Наткнулась на письмо мамы, которое шед Малрой забрал с собой в могилу. Вспомнила тень, защищавшую нас с Карлом от приходящих. Вспомнились мне и слова Рена: «Стражи хороши против приходящих, против обычных людей и даже против младших жрецов. Но они тени погибших военных, а не жрецов. И против верховных они практически бесполезны…»