А потом раздался плач Голоса.

– Но как мне называть тебя? – спросил я. – Как твое настоящее имя?

И он со слезами ответил мне:

– Так, как она всегда меня называла. Она знала. Меня зовут Амель!

Глава 27 Лестат. Свет мой, зеркальце, скажи…

Глава 27

Лестат. Свет мой, зеркальце, скажи…

На закате я вместе с Бенджи вышел в эфир. Когда я проснулся, Голос нашептывал мне всякие гадости, но теперь затих.

Мы находились в студии на четвертом этаже, там же, где микрофоны, телефонные линии и компьютеры. С нами были Антуан и Сибель. Антуан занимался телефонами.

Я несказанно гордился своим красавчиком Антуаном, гордился его сочинениями, его игрой на пианино и скрипке, гордился тем, как здорово он управляется со всеми этими современными устройствами – но сейчас было не время для настоящего воссоединения с ним. С этим придется подождать. То, что впредь я уже не упущу его из виду, было понятно без слов. Он – мой отпрыск, я возьму на себя всю полноту ответственности за него.

Однако сейчас меня больше всего занимала передача. Бенджи напомнил мне, что вампиры по всему миру слушают нас сейчас, что даже молодняк, толпящийся у нас под окнами, может ловить передачу при помощи мобильников и что все, что я скажу, будет записано, а запись передачи выйдет в эфир завтра.

Он подал мне сигнал – и я начал говорить: тихим голосом, на частоте, не улавливаемой слухом смертных.

Я объяснил, что Виктор, несчастная жертва похищения, возвращен в целости и безопасности, а порядок в нашем мире восстановлен. Рассказал юным вампирам, кто такой Голос и как можно от него защититься. Сообщил, что он и есть – Амель, дух, который оживляет нас всех и лишь недавно обрел самосознание. Что я непосредственно общаюсь с ним и приложу все силы, чтобы успокоить его и не дать ему больше никому навредить. Под конец я заверил их, что, на мой взгляд, Всесожжения, скорее всего, закончились – по сведениям Бенджи, последние две ночи их не было – и что Голос теперь занят иными вещами. А потом я пообещал им вот что: через несколько ночей я приду побеседовать с ними в каком-нибудь месте, где мы сможем собраться вдали от смертных глаз. Нет, я еще не знаю, где это будет. Но как только узнаю, тут же им сообщу – и дам время собраться.

Закончив эту короткую речь, я услышал отголоски рева снизу – призрак звуковой волны, докатывающейся от стен, проникающий даже в уединенную студию. Бенджи победоносно улыбнулся, глядя на меня, как на бога.

– Пока же делайте то, что я вам скажу, – произнес я в микрофон. – Вы и так знаете, что я сейчас вам скажу. И все же я повторю. Никаких ссор, никаких стычек между собой. Ни один, ни один вампир не должен поднимать руку на другого! Это запрещено! Охотьтесь лишь на злодеев, невинных не трогайте. Никаких исключений! Не забывайте о чести! Не замарайте ее. Если не знаете, что такое честь, посмотрите определение в онлайн-словарях – и заучите наизусть. Ибо если мы забудем о чести, мы пропали.