Но вот ветер утих, снег перестал, а из облака пара, поднимавшегося от пролитой крови, вышел воин-великан, с головы до ног закутанный в черное, с огромной косой.

— Ты смерть? — тоскливо спросил Гринцольд.

— Нет, — ответила черная фигура, — не путай посланника с посланием. Я лишь несу тебе смерть. Назови свое проклятое имя!

— Имя? Мое имя Гринцольд-рубака, — Гринцольд хотел было броситься на нового врага, но вмерз ногами в кровавый снег. Тогда он запустил в черную фигуру мечом, но так ослаб в битве, что фигуре не составило труда отразить бросок.

— Приятно познакомиться, — ответил йети. — А я Шторр-жнец. — Тут Шторр далеко-далеко замахнулся косой и снял Гринцольду голову с плеч. Голова его рухнула в снег, демон в последний раз засмеялся, сказал «Спасибо» и сомкнул веки. И вот Гринцольд мертв. Он прожил яркую, насыщенную жизнь.

Голову Гринцольда подобрали вместе с другими, высушили, и, пройдя множество рук, объехав всю Цамонию, она попала в кузницу, где из руды Демонских гор ковали демонские мечи. Мозг демона смололи в порошок и смешали с расплавленным железом. Так Гринцольд обрел бессмертие.

ТРИ ДРУГА НАВЕК

Измотанный битвой Румо с мечом в лапе пробирался по Нурнийскому лесу. Он искал родник, пруд или лужу: смыть кровь нурнии.

— Мне кажется, мы двое могли бы стать лучшими друзьями, — начал Львиный Зев.

— Друзьями? — удивился Гринцольд.