Вооружившись длинной веревкой и ржавым трезубцем, Рибезель отправился в канализацию и крайне удивился, вернувшись в город к концу дня. Он по колено вымазался в вонючей коричневой жиже, а на трезубец насадил всех червей и пауков, каких сумел разглядеть в тусклом свете медузьей горелки. Рибезель благодарил судьбу, что ни один из паразитов не оказался крупнее собаки. В первый же день Рибезель подобрал в куче мусора воронку и бочонок и приспособил как доспехи для защиты от опасностей, подстерегавших в подземелье. Доспехи столько раз спасали ему жизнь, что даже много лет спустя, когда Рибезель мог позволить себе приличную одежду, он не пожелал с ними расстаться.
Подземные каналы естественного происхождения возникли в доисторические времена. Запутанный лабиринт походил на губку. Многие алхимики утверждают даже, будто подземелья Бела — и есть гигантская окаменевшая губка. Нужно обладать превосходной памятью и недюжинным чутьем, чтобы не заблудиться. Сородичи Рибезеля пропадали почти каждый день, но никто по ним не горевал. Быть может, их уносило сточными водами, или они сталкивались с подземным чудищем покрупнее собаки — подземелье таило множество опасностей, одна хуже другой.
Рибезель не только превосходно ориентировался в тоннелях, но и невероятно метко насаживал паразитов на трезубец. Так бы и провел он всю жизнь, чистя канализацию, пока в один прекрасный день его не настигла бы смерть. Но однажды Рибезель спас жизнь маленькому белянину, по неосторожности угодившему в канализационный люк, где малыша едва не сожрали кровавые крысы. В награду Рибезелю позволили занять новую должность. Так кончилась трудная жизнь Рибезеля в клоаках Бела и началась новая, в качестве слуги Укобаха.
— Ну ладно, — вновь заговорил Укобах, когда все трое двинулись дальше. — Мы оказываем тебе услуги одну за другой. Выдали все тайны своего народа и с риском для собственной жизни пытаемся незаметно провести в Бел. Думаю, теперь твоя очередь.
— Н— Ты о чем? — не понял Румо.
— Твоя очередь рассказывать. Идти еще далеко. Интересно, зачем ты так рвешься в Бел вопреки здравому смыслу. Хотелось бы знать, ради чего мы рискуем жизнью. И кто такая эта таинственная Рала?
— Я не мастер рассказывать, — возразил Румо.
— А ты просто пропускай неинтересные места, — посоветовал Рибезель. — Рассказывай только самое занятное.
МЕДВЕЖИЙ БОГ
Рала готова к смерти. Она могла стерпеть все: боль, озноб, жар, тошноту, но только не эту гримасу безумия. Кто бы ни стоял за всем этим, он победил. Противника, вступившего в сговор с безумием, не одолеть. Рала хотела просто уснуть, без снов, без боли, без страха.