— Чего ты хочешь?

«Слушай. Есть...»

Раздался оглушительный треск. Шальная пуля с улицы, пробив деревянную стену, впустила в конюшню струю дневного света, впилась в косматую голову холмовичихи и, раздробив ей череп, окропила солому кровью цвета индиго. Ку Койрик повалилась вперед и упала замертво. Ее длинные кости громыхнули об пол глухо и безнадежно — словно их бросила предсказательница судьбы, но они так ничего и предсказали.

Еще несколько пуль, просыпавшись коротким градом, бестолково расстреляли тюки сена. Бой снаружи не прекращался.

Пахло дымом. Откуда-то неподалеку.

Пригибаясь, Лив потащила Генерала к полуоткрытым задним дверям в дальнем конце конюшни. Вытолкнув старика в уличную грязь, на мгновение обернулась. Земляной пол конюшни был все так же залит кровью. Тело холмовичихи, припорошенное сеном, оставалось недвижно.

Новый Замысел пылал.

Лив увидела, как полдюжины линейных, окруженных клубами черного дыма, вышли из просвета между конюшнями. В противогазах, защитных очках и шумоподавителях эти существа показались ей такими же чуждыми, как холмовики или насекомые. По крыше ближайшей к линейным конюшни прокатилась волна огня, и здание рухнуло, похоронив их всех под лавиной горящих бревен. Прекрасно...

Она увидела дюжину горожан, убегавших по свекольному полю. Затем у их ног разорвалась шумовая бомба, и они упали на колени, зажимая ладонями уши и дрожа, а потом застыли, и Лив подумала о том, какими разными способами люди подчиняют себе людей.

Еще дюжина линейных вывернула из-за угла. Трое из них несли какую-то большую покореженную машину. Один из них поднял голову, ткнул пальцем в сторону Лив и что-то крикнул. Что именно — ей не удалось разобрать из-за его противогаза.

Лив побежала, таща за собой Генерала. Он сопротивлялся, стонал и чуть не сбивал ее с ног, но она держала равновесие и бежала дальше. За их спиной свистели стрелы, грохотали ружья и слышались крики — линейные столкнулись с отрядом городских солдат, неожиданно для обеих сторон.

Выйдя из переулка, Кридмур прострелил трем Линейным спины, прошагал дальше и свернул в очередной переулок сразу за большим зданием. Будь то обычный город, в таком здании располагался бы бар или бордель, но здесь, похоже, размещалось какое-то серьезное учреждение вроде Зала собраний. От вездесущих, тошнотворных запахов крови и пороха раскалывалась голова Недавно какой-то очередной неблагодарный идиот всадил Кридмуру в плечо стрелу, и Мармион исцелил рану, но не избавил Кридмура от головной боли — вероятно, назло. Настроение портилось.