На торжественную встречу собралось практически все население Бункера, и на центральной площади крепости было не протолкнуться. Я толкнул короткую, но зажигательную речь, после чего сразу объявил начало банкета. Местное начальство заготовило для этого мероприятия пространные речи, но князь Ингар поломал весь расклад местным начальникам. Простой народ принял мою речь на ура, а мнение сановных подхалимов меня мало интересовало.

Поначалу банкет проходил чинно и в соответствии с неписаным кодексом приличий. Звучали здравицы в мою честь, в которых подданные клялись мне в верности до гроба, а я улыбался в ответ и делал вид, что верю в эти обещания. Однако, когда стемнело и на площади зажгли факелы, народ расслабился после выпитого и началось настоящее веселье. Вскоре все забыли повод, по которому собрались на праздник, и за столами начали звучать песни, а некоторые из присутствующих даже пустились в пляс.

Незаметно я почувствовал себя чужим на этом празднике жизни и вышел за ворота крепости к озеру, чтобы проветриться. Мое тело стояло у ворот Бункера, а душа уже летела в долину Нордрассила, терпеть эту муку не было сил, и я направился к дельтаплану. Как ни странно, но часовые узнали меня и беспрепятственно пропустили на стоянку. Дельтаплан был вытащен на берег, а его крыло было закреплено страховочными веревками.

Я провел предполетный осмотр аппарата и выяснил, что магический аккумулятор заряжен практически полностью, видимых повреждений конструкция корпуса и полотнище крыла не имеют, и в принципе можно отправляться в полет. Осознанного намерения немедленно улететь у меня не было, но руки сами начали развязывать узлы на страховочных веревках. Когда крыло стало свободным, я забрался в кабину пилота и запустил двигатель. За спиной раздался ровный гул пропеллера, после чего последние пути к отступлению были отрезаны. Я выключил двигатель и вылез из кабины.

Часовые стояли в нескольких шагах от дельтаплана в полной растерянности и не знали, что предпринять. Вскоре к ним присоединился начальник караула с тревожной группой, которым я приказал спустить аппарат на воду. Однако сразу улететь мне не удалось, потому что на берегу раздался голос Лауры:

– Ингар, и куда это тебя понесло на ночь глядя?

– Лаура, у меня нет сил ждать до утра, я весь извелся, и душа рвется к семье. Если я сейчас не улечу, то запросто могу свихнуться!

– Ну, ты как мой Ингур, тоже весь на чувствах и эмоциях. Нет в вас обоих зрелой мужской рассудительности, ну прямо великовозрастные мальчишки! Наверное, за это я Ингура и люблю, а тебя любят Викана и Эланриль. С вами никогда себя не почувствуешь старухой и останешься юной в душе до самой смерти, – тихо сказала Лаура и, ненадолго замолчав, продолжила: – А ты не убьешься в темноте?