– Дядя Игорь, у тебя семь пятниц на неделе! То вытряхни из куртки, то не трогай его! Ты сам-то понимаешь, чего хочешь?

– Отстань, и без тебя голова идет кругом! – огрызнулся я.

Катя, видимо, поняла по моему тону, что со мной лучше не спорить, и, надув губы, отошла от эльфа в сторонку. В этот момент из подъемника выползла на карачках делегация эльфов и направилась к нам с Катей. Во главе процессии полз Мистир, с которым у меня сложились хорошие отношения еще с Кайтона, видимо, эльфы решили, что у него больше шансов вымолить прощение у разгневанного Великого князя.

– Это чем их так шандарахнуло? – удивилась племянница, глядя на ползущих эльфов.

– Это Нордрассил воспитательную работу проводит. Распустились без меня ушастые, вот и приходится прибегать к жестким мерам.

– Дядя Игорь, как, оказывается, у тебя здесь все запущено! – рассмеялась Катя.

– Вот и я говорю, что пора наводить железный порядок, – поддержал я шутку Матери всех таргов.

Глава 37

Глава 37

В принципе на этом все неприятности и закончились. Князь Мистир произнес покаянную речь перед Великим князем, а мы с Катей простили ушастым грехи перед начальством и позволили облобызать свои сапоги. Затем воины отнесли спящих княгинь в подъемник, и мы поднялись в княжеский замок на вершине Дерева Жизни. По пути наверх нас, кажется, из-за каждой ветки сопровождали любопытные взгляды населения Нордрассила, но показываться на глаза Великому князю эльфы явно опасались. Я решил пока не будить Викану и Эланриль, а отправился приводить себя в порядок, то есть мыться, бриться и переодеваться. Катю я сдал на попечение камеристкам, приказав, если потребуется, лизать ей пятки, и ушел в покои Великого князя, захватив с собой пару наиболее смазливых то ли фрейлин, то ли камеристок.

В княжеских покоях и моем рабочем кабинете все сохранилось в том виде, как я оставил перед полетом на злосчастный бал в Мэлор. Первым делом я снял перепачканную во время драки одежду и накинул любимый халат, а затем отправился в бассейн в сопровождении перепуганных до икоты эльфиек. Дамы явно навыдумывали себе различных сексуальных ужасов, однако готовых на все красавиц ждал жестокий облом, так как Великий и ужасный князь Ингар использовал их только в качестве живых мочалок. Через некоторое время дамы поняли, что их не будут насиловать, и разобиделись намного сильнее, чем вначале испугались. Однако, как ни строили мне глазки девушки, когда терли мою могучую спину и делали пенный массаж, но я смотрел на них как на посудомоечную машину, ибо прекрасно понимал, что меня ждет бурная встреча с любимыми женами, которая наверняка потребует от меня всех моральных и физических сил без остатка. Прозрачные намеки девушек, возможно, и сработали бы в другое время и в другом месте, но только не сейчас, ибо я не самоубийца, да и по сравнению с красотой Виканы и Эланриль прелести длинноухих соблазнительниц выглядели как третьесортный китайский ширпотреб.