– Ваш сын – просто великий боец, – заявил он Семену. – Он сразу же преодолел Третий круг начального рыцарства, в котором отсеиваются более слабые соперники, и потом стал одним из лучших во Втором. Если он в ближайший месяц добьется нескольких важных побед, то сможет начать свой рост уже и в Первом. Такого быстрого продвижения в нашем государственном объединении не припомнят даже историки. Мало того, Виктор теперь носит звание полноправного барона, а в его собственности находятся сразу два весьма немалых владения, которые он завоевал в честных поединках. Земли, конечно, ему достались жутко бедные и давно заброшенные, но их новый владелец не унывает. Вместе со Стивом, Бергом и Готтэ они там затеяли такие великие преобразования, что грозятся в скором времени превратить как новые, так и свои баронаты в самые доходные хозяйства. Я, правда, не совсем в курсе всех этих преобразований, но, по заверениям Готтэ, – дело стоящее.

– Но какими судьбами лично вы здесь оказались? – спросила Виктория.

– Ах, ваше величество! – с умилением воскликнул рыцарь. – Разве я мог еще совсем недавно подумать о том, что вы станете королевой такого древнего и славного королевства! Разве я мог предположить, что такой одухотворенный и великий поэт на самом деле не кто иной, как будущий повелитель Салламбаюра! Когда новости из ваших земель докатились до Жармарини, мы стали мечтать о том дне, когда сможем снова увидеться. К тому же Совет великих баронов решил вновь открыть посольство в Граале и выбрал для этого трех наших представителей. К сожалению, сам Виктор прибыть не смог из-за насыщенного турнирного календаря, но я не упустил возможность лично засвидетельствовать свое почтение молодой королевской чете. Узнав о вашей невероятной победе в Граальской битве, мы буквально через несколько часов вышли в море.

– И как прошло плавание?

– Кошмарно! Попали в жуткий шторм возле самой южной оконечности бароната Южная Шпора. Корабль отнесло в открытый океан, и поэтому мы потеряли уйму времени.

Дальше рассказ Рональда перескакивал то на турнирные поединки, то на политические распри с соседями, то на описание огромного количества друзей и доброжелателей, которых Виктору и его единомышленникам удалось сплотить идеями о централизации альянса. А иномирцам больше всего хотелось уединиться и почитать письмо от родного человека. И они очень надеялись, что там только хорошие новости.

Ну а пока они слушали непрекращающийся рассказ барона Страйского и с умилением наблюдали за возней маленького пушистого клубочка, который топтался и осваивался на коленях у Виктории. Молодого тумблона по всем правилам привезли в изолированной клетке, торжественно вручили в таком же «запечатанном» виде королеве, и только потом она своими руками взяла животное. Иначе мог нарушиться весь процесс приручения. С первого прикосновения живое средство связи должно было привыкать, а впоследствии и слушаться только своего хозяина. Иного практически и не случалось. Повторно они не приручались. В большинстве случаев после смерти своего единственного человека-покровителя тумблоны тоже умирали, потому что брали пищу только из рук хозяина.