И вскоре пораженно застыли, во все глаза рассматривая открывшуюся картину. Огромный завершающий тоннель круглый зал в виде единого свода нависал у них над головами с пугающей мрачностью. Нижний диаметр составлял около двадцати метров, верхний купол находился на шестиметровой высоте. В самой верхней точке купола отчетливо виднелась гранитная плита трех метров в диаметре.

Но не это вызывало наибольшее удивление. Из земляного покрытия пола, почти со всей его площади, бугорчатыми узлами тянулись вверх толстенные, переплетающиеся между собой корни, создавая чуть ли не идеальную пирамиду, которая наверху завершалась совершенно ровным пнем диаметром на срезе не менее двух метров. И вот именно вся эта масса окаменевшей до стальной твердости древесины и отсвечивала тусклым, фосфоресцирующим светом.

– Вот это дерево! – не смог сдержать своего восторженного крика младшенький. – Вот это силища! Была… На какую же высоту оно росло?

– Да, впечатляет, – признался отец, кончиком кинжала высекая искры из покрученного корня. – Боюсь, оно и на растопку не сгодится.

– Гляну, что там вверху! – решительно сказал старший наследник графского титула и стал ловко карабкаться по бугристой поверхности.

Понаблюдав за ним с некоторой ревностью, и два других исследователя поспешили наверх. Хоть и трудно было делать подобное восхождение, но любопытство превалировало над слабостью мышц и рассудительностью, и вскоре все трое оказались под самым сводом. Верхняя кромка пня не доставала до круглой гранитной плиты всего одного метра, но когда со среза стерли пыль, стали отчетливо видны тончайшие паутинки годовых наростов. Правда, посчитать их без увеличительного стекла и отметок угольком было бы проблематично.

– Ого! Да этому деревцу при распиле исполнилось пару тысяч лет! – прикинул на глазок молодой Шабен. – Только вот интересно, для каких таких досок или мебели его спилили и зачем создали вокруг корней этот мавзолей?

– Возможно, для древней империи это дерево являлось определенной святыней, – предположил отец семейства. – Вот они и решили сохранить для потомства кусочек величия. Да только потомки все забыли… Мне кажется, ни в одной истории о таких деревьях не упоминают, так что не удивлюсь, если его спилили несколько тысячелетий назад.

– Ага, вот потому оно и окаменело…

– А вот и нет! Скорее гнить начало с годами. Видишь, как светится.

Парни заспорили. Только граф не стал продолжать бессмысленные прения:

– Глянули? Запомнили? Потопали дальше!

Вернулись к развилке и теперь подались налево. Пройденный участок тоннеля опять уткнулся в подобное пересечение, но теперь во мраке ничего не светилось. Тем не менее младший парень, который на удивление отлично ориентировался в любом месте, теперь уже твердо указал направо: