Понятно, что никто не смог рассмотреть издалека стреляющие в белое небо ружья, и все поверили в невероятное везение.

А доскакавший полковник, с выпученными от дикой скачки глазами, даже и не подумал отвечать на приветствия, поздравления и вопросы, несущиеся к нему отовсюду со стороны коллег и прочих офицеров. Только и орал бешеным голосом на возникающих у него впереди сослуживцев:

– С дороги! У меня чрезвычайно важное сообщение для ее превосходительства! Расступитесь!

Именно так. Не для его величества, а для военного министра, потому что не только в армии, но и в верховной ставке единолично распоряжалась лишь представительница иного мира, единственная любовница короля, умудряющаяся при этом еще и поддерживать дружественные отношения со здравствующей королевой. Последнее утверждение плененного полковника звучало несколько дико, но, по его словам, Бьянка Лотти вела себя с королевой как лучшая подруга. И это при том, что каждую ночь наведывалась в спальню короля. А на раздраженный вопрос Загребного: «Так они там что, втроем на одной кровати спят?» – заикающийся полковник выдавил из себя несуразное: «Понятия не имею!» Тогда решили уточнить: «А что говорят на эту тему другие?» Ответ показался еще более странным: «Ее величество ложится раньше всех и для крепкого сна принимает сильное снотворное».

Когда уже перед самым началом «прорыва к своим» Загребной усаживался на коня и прижимал к себе сеть-потайку с Люссией, то не удержался от ворчания:

– До чего же женские особи коварны и сообразительны! Усыплять соперницу и потом забавляться с ее мужем прямо на брачном ложе! Поразительно.

– Не надо все сваливать на нас! – возразила демонесса. – Скорее всего, это похотливый королек придумал такие страсти творить рядом с одураченной женой.

Дальнейшие споры на эту тему отложили на потом. Тем более что со временем любые мелочи прояснятся, лишь бы победу вырвать любой ценой.

Все-таки умения изменять свою внешность в подобных случаях оказались как нельзя действенны. Всадника пропустили почти до самого главного шатра огромного лагеря и только там остановили перед сплошной линией королевских гвардейцев. О подобном варианте событий Загребной знал заблаговременно из слов пленника, так что сильно возражать не стал. Хотя всеми силами продолжал кричать в сторону ставки, до которой оставалось метров двести:

– Срочно доложите ее превосходительству! Срочно! Скоро здесь будет огромный отряд Шабенов и личная армия Загребного! Они движутся сюда!

Продолжая так выкрикивать, Семен высадил свой невидимый десант, хотя место не совсем этому способствовало: рельеф демонического мира находился метров на пять ниже человеческого, и Люссии, пусть даже и приспущенной на сети-потайке чуть ниже копыт рыцарского коня, пришлось прыгать с большой высоты. Только когда снизу донесся условный сигнал, что с ней все в порядке и она начала действовать, Загребной вздохнул с облегчением и усилил свои истерические крики: