Вей не стал спорить.

Забрав семь лошадей, мы покинули лагерь Ордена Паука и гнали их пока взмыленная лошадь Марты не свалилась без сил. К этому моменту второй день начал подходить к концу. Мы ушли с дороги и устроили привал.

Рита не желала сидеть с нами и решила пройтись. Возражать никто не стал, с ее уходом стало легче дышать. Мы разговорились, всем было интересно узнать больше про Вейя и Яна.

Они пришли к нам с востока после гибели Витори, когда жнецов на нашей части мира стало значительно меньше. После Вей стал показывать фокусы, он взял металлическую пластинку из сумки Марты, показал ее нам, спрятал в кулак, а когда раскрыл, пластины уже не было. Она волшебным образом оказалась у Катерины за ухом. Было забавно наблюдать как изменилось ее лицо, на котором появилось выражение удивления, а потом она засмеялась, прикрыв рот рукой. Я невольно подумал про Фила, он бы точно заинтересовался фокусом и начал бы искать ответы или требовать, точно ребенок, повторить.

– Брат Калеб, теперь вы с Мартой будете напарниками? – вдруг спросил Виктор, когда все веселье затихло, – Вы вместе потеряли напарников…

– Если мы убедимся, что они ушли в небытие…

Марта перебила Виктора, но не договорила, в небо взлетел огненный шар, точно пущенный сигнал.

Что-то случилось с Ритой. Мы подскочили все в одно мгновение и побежали к дороге, ожидая увидеть людей из Ордена Паука. Но как же я был приятно удивлен, когда увидел Филиппа. Я не мог поверить, что, когда-нибудь буду так рад видеть его.

Мой напарник выпустил небольшой смерч в Риту. Она ответила ему огненной волной, отпрыгнула назад, отчертила ногой черту и установила защитную стену.

– Фил! – закричал я, как только шок спал.

Филипп от неожиданности выронил косу, а через минуту его прижала к своей груди Марта, с такой силой, что я расслышал хруст его костей.

– Ты жив! – не сдерживая себя, воскликнула Марта, крепко целуя его.

Виктор подобного поведения не одобрил, сделал замечание, но Марта послала его дальше, чем он ожидал. Ее и моей радости не было предела, на приличия было плевать. Я потрепал напарника по голове, чего никогда не делал и потряс за плечо, сам не зная почему.

На шум вышел Даниэль, он удивленно замер, оглядывая нашу большую компанию и окликнул Марту.

Она оставила Филиппа мне и походкой разозленного гиппопотама направилась к напарнику. Оплеуха, которой она наградила Даниэля, прибила его к земле.

– Чтобы я больше не видела у тебя этих проклятых камней! – поднимая и держа его за шкирку, точно шелудивого котенка, выпалила Марта и поставила Даниэля на землю, – Ты меня понял?