– Ты оказалась права, Рита притворялась, но как это она сделала? Как она избежала проклятья? Или кто помог ей его снять?

– Господин, я не могу ответить на этот вопрос. Некоторые действия Риты вызвали во мне подозрения, и я решила проследить за ней. Оказалось, не зря, – спокойно ответила Катерина и добавила:

– Я могла бы узнать у нее лично. Под пытками она сознается.

– Жнецы не чувствуют боли, – возразила Герда, – Твои пытки бессмысленны. Ты только позабавишь ее.

– Пытать можно, не только кромсая и разрывая на куски, – Катерина сказала это так, что казалось она хотела унизить недалекую колдунью, – Я знаю слабые места Риты и, если вы дадите мне с ней поговорить, она расскажет все.

Хьюго смотрел на Катерину жадно, как на найденный самородок, он заметно повеселел, в предвкушении интересного представления.

Только не было той радости на лице Герды, она отнеслась к словам Катерины с подозрением и осторожно высказала это учителю, но он не стал прислушиваться к ней, как не стал слушать Катерину, когда она советовала не доверять Рите. Жадный до знаний и надменный Хьюго делал то, что я и ожидал, единственное, что он сделал, чтобы успокоить волнение своей ученицы – отправил Виктора за Луи.

Виктор покорно ушел. Нас повели. Колдуны шли впереди. Герда постоянно оглядывалась на нас, словно хотела улучить в обмане. Но я и Марта не подавали виду, изображая подавленность и обреченность, мы смиренно шли за Вейем и Яном.

Нас привели в просторный шатер. Рита сидела за столом в центре. На ее шее я заметил металлический ошейник, колдуны обездвижили ее, но в ней не было отчаяния, она высоко подняла голову, на сколько позволило ей заклинание и сидела в ожидании приговора, не выражая страха.

Увидев нас глаза ее насмешливо вспыхнули, словно смеялись над всей бессмысленностью проведенных ей действий, для нашего побега

Катерина скинула мою косу возле меня и медленно направилась к Рите.

– Пришла поглумиться надо мной? – язвительно спросила Рита, прямо смотря в глаза Катерины, – Или поплакаться?

Катерина вынула один серп и вонзила его в стол с такой силой, что испугались все, кроме Риты.

– Что ты хотела мне этим сказать? – Рита присмотрелась к серпу и удивленно подняла бровь, – Это твой серп. Перепутала?

– Я никогда не перепутаю свой серп и серп Анны, – глядя в глаза, жестко отчеканила Катерина, – А вот ты помнишь своего смертного?

Губы Риты сжались в единую линию, но не отвела взгляда и ожидала, что скажет Катерина дальше.

– Славный был мальчик, но кто-то не уследил за ним и это была не София.

Скула Риты дернулась, мне показалось, что она могла потерять контроль над собой. Катерина не стала тянуть время, начала с самого больного для Риты. Со смерти ее человека. Не знаю, сделала она для правдоподобности или потому, что ненавидела Риту, но это могло испортить все.