— Я тоже виноват, ведь это я нашел портал для Империи, — возразил Акива.
Серафимы давно не имели доступа в человеческий мир, но Акива обнаружил портал в Средней Азии, над Узбекистаном. Разгут знал еще об одном.
— Иаил собирается устроить торжественную процессию, спуститься к людям с неба в сиянии славы. Неизвестно, каким порталом он для этого воспользуется.
— А казалось, хуже не станет, — сказала Кэроу, горестно рассмеявшись.
Ему хотелось обнять ее, прижать к себе, пообещать, что все будет хорошо… Обещать было нечего, и касаться ее тоже было нельзя.
— Порталы необходимо запечатать. Пора решать…
— Что? В каком мире остаться? — Кэроу возмущенно уставилась на Акиву. — Ты еще спрашиваешь?!
Кэроу выберет Эрец. Акива это чувствовал, иначе бы никакая сила — и даже угроза их мирам и чужим жизням — не заставила бы его замуровать себя в мире, где нет ее.
— Кэроу, у тебя здесь своя жизнь, а пути назад, может, никогда не будет.
— Пути назад? — Кэроу по-птичьи склонила голову набок: любимый жест Мадригал.
Избитая, измученная, она стояла перед ним, призывая мужество, как магию. Заплетенные волосы открывали изящный изгиб шеи. Внутренний свет наполнял тонкие черты лица. Пламя свечей отражалось в сверкающих темных глазах. В каком бы теле ни скрывалась ее душа, Кэроу принадлежала только одному миру — Эрецу, ужасающе прекрасному, неизведанному и необузданному, родине зверей и ангелов, буреловов и морских змеев, — загадочному миру, историю которого еще только предстояло написать.
— Я химера. Моя жизнь — там, — заявила Кэроу. В ее голосе смешалось шипение змей, рычание тигра и скрежет клинка.
По жилам Акивы волнами прошел трепетный жар любви, леденящий холод страха, окрыляющий прилив силы и надежды.
Что ж, они с Кэроу живы и будут в одном мире — самое шаткое и хрупкое основание для надежды.
Акива объяснил, что сначала уничтожит портал у Самарканда, а потом вернется к Атласским горам. Ему очень хотелось узнать, куда отправятся повстанцы. Улетев отсюда, он снова потеряет Кэроу, надолго или навсегда… кто знает.
— Сколько времени вам понадобится на сборы? — спросил Акива, чувствуя комок в горле.
Взгляд Кэроу снова метнулся к двери, и Акиву бросило в жар. Как только ангелы улетят, она пойдет к Волку, они вместе станут решать, что делать дальше; куда бы ни полетели повстанцы, Кэроу везде будет с Тьяго, и никогда — с Акивой. Его охватила неудержимая ревность.