Со стороны фарватера долетают крики. Толпа людей несется вперед. Стража тоже. Все бегут к телу, лежащему ничком на земле. Из его шеи прямо по центру торчит нож. Последние капли магии Аннамэтти были использованы, чтобы поразить цель.
Не Ника.
Его отца. Мертвое тело на песке – король.
Очевидно, магии требуется королевская кровь – кровь Ольденбургов, что некогда текла в жилах короля – «Охотника на ведьм», – потому что прямо перед ним Икер поднимается с земли. Он успел пригнуться достаточно низко, чтобы лезвие Анны прошло прямо над его головой. Оно предназначалось для Икера – последнего действующего лица в тот день, когда утонула Анна. Но король тоже подойдет.
Крик королевы, высокий и пронзительный, эхом разлетается над всеобщей неразберихой, прежде чем она падет на колени.
– Убить их!
Солдаты ринулись к нам. Анна продолжала смеяться и пинала меня ногами. Моя кровь заливает ее платье, ее кожу, ее волосы. Но девушка только пуще прежнего хохочет. Она так увлечена, что даже не пытается вырваться. Бывшая подруга получает неимоверное удовольствие от всего происходящего.
Сквозь шум – смех, топот солдат, крики горожан – я слышу его. Голос, который мне знаком не хуже собственного.
– Эви.
Ник.
Он с помощью Хансы ползет ко мне. По его глазам я понимаю: ее врачевание не помогает – скоро принц умрет, как и его отец. Ник тоже это понимает. Его голос дрожит.
– Эви, я люблю тебя. Прости, что не сказал этого раньше. Мне так жаль…
– Тетушка, подержи Анну. Пожалуйста. Не дай ей встать. – Магия Хансы сильна. Она использует обездвиживающее заклинание – такое же Анна применила ко мне. Заклинание, которому я так и не научилась.
Тем не менее я отпускаю Анну, только убедившись в чарах Хансы. Анна кричит на меня, пытаясь противостоять магии Хансы. Однако я не обращаю на нее внимания. Я дотрагиваюсь до Ника и прижимаю его истекающее кровью тело к груди.
– Я тоже тебя люблю. И я не позволю всему закончиться так.
Он озадачен. Его лицо совсем побледнело. Ник тяжело дышит. Я чувствую, как колышется его грудь. Кровь из наших ран смешивается. Подобное притягивается к подобному.
Я закрываю глаза, вспоминая слова матери. Мне не нужны чернила осьминога. Ни драгоценные камни, ни зелья, ни заговоры. Только слова и воля.
Я ведьма. И я всегда ею буду. Магия во мне – и этого достаточно. Полагаю, Аннамэтти научила меня этому.
– Я люблю тебя, Ник, – повторяю я и начинаю произносить заклинание матери. Слова звучат уверенно – как будто я знала их всю жизнь. Может, так оно и есть.