— А вот и он, — провозгласил сдержанно хозяин дома, извлекая из глубин шкафа небольшой кубок на тонкой ножке. — Я попросил тебя остаться, поскольку дело мое однозначно выведет Хёльмвинда из душевного равновесия. Он относится к тебе… с приязнью. Теплее, чем к другим.

— Разве? — Принцесса опустила руку в прохладную воду. — Наверное, мы действительно стали друзьями.

Ейалэ улыбнулся.

— Тем более ему лучше не быть свидетелем этого разговора… Ты, конечно же, знаешь о власти, которую дает кровь тьер-на-вьер?

Изольда прекратила играть с рыбами и насторожилась. Верховный даже бровью не повел.

— Мне она необходима. Сказать по правде, я давно ищу обладательницу черной крови, но заботы отвлекают.

Восточный ветер медленно двинулся к столу, на ходу поглаживая гладкий бок чаши.

— И раз уж ты оказалась в Вишневом доме, я подумал: почему бы не попросить об услуге. Мне ведь нужна всего одна капля…

Руки девушки задрожали, ноги подкосились, но она все равно последовала за ветром, лихорадочно соображая, как защититься, если он вздумает нападать. Хозяин дома способен обезвредить Хёльма в два счета, о Либе даже говорить не приходится. Осталось только пустить в ход терновые ветви, как и предрекал Северный ветер в шутку.

Но темноволосый владыка не собирался бросаться на гостью. Он поставил пустой кубок на мозаичную поверхность и достал из кармана маленький нож. Таким Стефан чистил для Изольды яблоки в детстве.

— Конечно, ты можешь отказаться… в этом случае прошу, не сочти меня грубым или бестактным, просто забудь о нашей беседе. Но если ответишь согласием…

Он положил клинок на столик, острие сверкнуло.

— …Я тоже однажды буду обязан выполнить твою просьбу…

Стоило сразу сказать «нет» и отправиться к Хёльмвинду, но что-то заставило девушку проявить интерес. Вглядевшись в величественное лицо Ейалэ, она спросила:

— Какую?

— Любую, — потер бороду владыка. — Если она в моих силах.

— Ладно, — неожиданно для самой себя согласилась принцесса. Внезапно ею овладело необъяснимое возбуждение.

Верховный прищурился. Безмолвно протянул гостье тоненький кинжальчик.

Изольда приняла его твердой рукой, сжала и, не колеблясь, царапнула острием по пальцу. Выступила кровь: черная и густая, словно смола.

Занеся ладонь над чашей, владычица Тьер-на-Вьер сцедила пару драгоценных капель и зажала ранку второй рукой.