Меня обдало холодом.

— А у тебя когда-нибудь возникала такая мысль?

— Не далее, как несколько минут назад. Но я отдаю должное Девлону. Большинство командиров лагерей никогда не допустили бы нас троих к прохождению кровавого ритуала. Девлон позволил полукровке и двум незаконнорожденным участвовать наравне с остальными и не стал отрицать нашу победу.

— А в чем суть кровавого ритуала?

Под нами стремительно проносились кроны сосен, припорошенные свежим снегом.

— Сколько вопросов за один день.

Я изо всех сил сдавила ему плечо. Риз усмехнулся:

— Ладно, слушай. Тебя безоружным отправляют в горы. Применение магии запрещено. Никаких сифонов. Тебе связывают крылья. С собой не дают никаких припасов и никакой одежды, кроме той, что на тебе. Ты идешь вместе с такими же иллирианскими парнями, и у всех — одно желание: превратиться из ученика в настоящего воина. В начале недели в горы уходит несколько сотен, но возвращаются далеко не все.

Местность под нами была такой же суровой и неуступчивой, как иллирианские воины, владевшие этими землями.

— Вы что, убиваете друг друга?

— Многие пытаются. Ради еды и одежды, из мести, ради славы, поскольку там вражда кланов обострена до предела. Девлон позволил нам участвовать в испытании, но сделал так, что меня, Кассиана и Азриеля направили в разные стороны.

— Что было потом?

— Мы встретились. Пробились сквозь горы и встретились. Немало иллирианских парней стремились доказать, что они сильнее и смышленее нас. Потом они убедились, что это не так и связываться с нами опасно.

Всего на мгновение я увидела в нем настоящего дикаря, забрызганного кровью, вынужденного сражаться и убивать, чтобы добраться до друзей, помочь им и защитить их.

Риз опустился на полянку, окруженную высоченными соснами. Их вершины упирались в небо, по которому быстрый ветер гнал тяжелые серые облака.

— Каковы условия наших занятий? Ты не применяешь магию, а мне можно? — спросила я, отходя на несколько шагов.

— Враги сумели настроиться на мою магическую силу. Ты же пока остаешься для них невидимой. — Он махнул рукой. — Сейчас посмотрим, каких успехов в обучении ты достигла.

Но у меня на уме были не занятия. Мне не давал покоя вопрос.

— Когда ты впервые… встретился с Тамлином?

Я знала, что отец Ризанда убил родителей и братьев Тамлина. Но события многовековой давности все равно казались мне чудовищными, и я не позволяла себе о них думать.