Азриель с учтивостью придворного подал ей руку. Я не знала, что́ больше завораживает мою сестру: синий сифон или могучая, испещренная шрамами ладонь воина.

— Красиво, — сказала она.

На золотистых щеках Азриеля появился румянец. Вот уж не подумала бы, что он способен краснеть. Он благодарно кивнул и повел Элайну к задней двери, за которой ее ждал наш сад, залитый предвечерним солнцем.

Через мгновение в переднюю влетела Неста. Ее лицо было непривычно зеленым.

— Отхожее место… где? — прошептала она.

Следом за Нестой, руки в карманах, появился Риз. «Что ты с ней сделал?» — спросила я по связующей нити.

Он удивленно вскинул брови. Я молча показала Несте нужную дверь, за которой она и скрылась.

«Я? — переспросил Риз, продолжая наш молчаливый разговор. — Она пожаловалась, что я нарочно лечу медленно. Вот я и полетел быстро».

Вошли Кассиан с Ласэном. Оба старались не смотреть друг на друга. Ласэн мгновенно учуял запах Элайны и понял, куда и с кем она ушла.

Из его горла послышалось глухое рычание.

— Успокойся, — посоветовал ему Риз. — Азриель умеет себя вести.

Оба глаза Ласэна метали молнии.

Звуки, доносящиеся из-за закрытой двери, были крайне далеки от мелодичности. Но очень своевременно оттянули внимание на себя.

— Что ты сделал? — уже вслух спросил Кассиан.

— Я задавала тот же вопрос. Риз ответил, что выполнил желание Несты и «полетел быстро».

Несту снова вывернуло. Потом стало тихо.

— Теперь она откажется летать, — вздохнул Кассиан, запрокидывая голову к потолку.

Дверь медленно открылась. Мы с Кассианом наспех придали лицам благопристойное выражение. Впрочем, Несте было не до наших лиц. Ее собственное лицо оставалось зеленоватым, но ее глаза… Они пылали.

«Пылали» — первое слово, пришедшее мне на ум и далеко не точное. Смогла бы я изобразить их на холсте? Сомневаюсь.

Нет, их цвет не изменился. Глаза Несты оставались серо-голубыми, как и мои. И в то же время… в них словно добавили ртути. Не просто ртути. Горящей ртути, если такое возможно.