Они не были свалены в кучи и россыпи. Здесь царил идеальный порядок: шкафчики, сундучки с поднятыми крышками, манекены, стойки с вешалками.

— Фамильные драгоценности, — хитро улыбнулся Риз. — То, что нам не приглянулось, отдали Двору кошмаров… чтобы не обижались. А эти — только наши.

Риз повел меня мимо столов и пьедесталов. Везде сверкали маленькие созвездия, и каждое стоило… Даже я — дочь торговца — не могла прикинуть стоимость этих сокровищ.

В дальнем конце хранилища было еще темнее, и там… Я слышала, что на континенте есть катакомбы с нишами, в которых хранятся черепа. Черепа великих и неизвестных, тех, кто при жизни был увенчан славой, и тех, кто покрыл себя позором. И таких черепов там сотни и даже тысячи.

Здесь тоже были ниши, и в каждой на черном бархате лежала корона, освещенная…

— Это магические светлячки, — пояснил Риз.

Они были повсюду, переливаясь голубым и бирюзовым светом. Магические светлячки, которые я приняла за шарики фэйского света. Их свет был шелковистым, каким иногда бывает свет луны, подернутой облаками. Самый подходящий для этих древних украшений.

— Выбирай, — шепнул мне на ухо Риз.

— Светлячка?

Он слегка закусил мне мочку и повел вдоль ниш, в которых дремали короны. Среди них не было двух одинаковых.

— Выбирай любую корону, какая понравится.

— Я… не могу.

— Еще как можешь. Они принадлежат тебе.

— Неудачная шутка.

— Это не шутка. По закону и согласно традиции, здесь все твое. Можешь продавать короны, плавить их и даже надевать себе на голову. Поступай с ними, как тебе заблагорассудится.

— И тебе все равно?

Здесь были ларцы, содержимое которых стоило дороже королевств.

— У меня есть любимые вещицы. Думаю, я сумею убедить тебя оставить их… для потомства. А все остальное — твое.

Наши глаза встретились. Я знала: сейчас Риз тоже вспоминает слова, которые я шептала ему несколько месяцев назад. Тогда я сказала, что каждый кусочек моего сердца принадлежит ему. Я улыбнулась, провела по его руке и остановилась перед нишами, выбирая себе корону.

Следом я вспомнила, с каким ужасом и нежеланием надевала корону у Тамлина. Но у Риза я ни разу не испытала ни ужаса, ни просто недовольства. Казалось, где-то в глубине души я всегда знала: мое место здесь, рядом с ним. Я — ровня ему. Его королева.