Да, прошипел внутри другой голос.

Помни, кто ты, приказал себе Николай.

Из подушечек пальцев вылезли когти, клыки удлинились и заострились.

Я – Николай Ланцов, корсар и король.

За спиной развернулись крылья. Исторгнув дикий вопль, он взмыл над терновыми зарослями под высокий купол башни. Помни, кто ты.

Елизавета подняла на него торжествующий взор. Юрий плакал. Рядом с ними парил янтарный саркофаг, внутри которого, словно застывший ангел, находилась Зоя – недвижная, с закрытыми глазами.

Николай не узнал хриплого звука, вырвавшегося из собственной глотки, когда ринулся вниз, стремясь протаранить Зоину тюрьму. С тошнотворным хрустом он врезался в янтарную стену, но та не поддалась. Рыча, Николай бросился на Елизавету, чувствуя, что монстр не только делится с ним силой, но и забирает контроль над разумом. Святая лишь безмятежно улыбнулась. Одно движение рукой, и янтарный саркофаг, в который была заключена Зоя, рассыпался, а терновый лес ушел в землю.

Николай успел подхватить обмякшее тело шквальной, покрытое золотистой смолой. Елизавета сжала пальцы в кулак, и Зоя закашлялась. С трудом распахнула слипшиеся ресницы, растерянно заморгала, а потом на лице отразился ужас, и всю ее охватила крупная дрожь.

Он хотел успокоить Зою, хотел… Запах ее страха смешивался с ароматом смолы. Пьянил. Вызывал чувство голода. Все, чего он желал, – это вонзить когти в Зоину плоть. Сожрать ее.

Вспомни, приказал он себе, вспомни, кто ты.

Николай Ланцов. Правитель Равки. Корсар. Солдат. Младший сын осрамившегося короля.

Он испустил рык изголодавшегося зверя. Зоя, чьи движения сковывала липкая смола, попыталась отползти в сторону.

Вспомни, кто она такая. Зоя сидит за столом, пишет письмо. Зоя сурово рассматривает отряд новобранцев. Зоя вместе с ним в карете, удерживает его – закованного в цепи, но вырывающегося, – терпеливо ждет, когда скроется демон.