– Ради всех святых, Толя, – перебила его сестра, – это последнее, что стоит ему советовать. – Тамара опустилась на одно колено перед Исааком. – Просто слушай ее. Задавай вопросы. Женщины не любят, когда их соблазняют. Им приятно, когда на них смотрят и слушают, что они говорят. Ты не преуспеешь ни в том, ни в другом, если будешь обдумывать стратегию победы или декламировать «Четвертое сказание о Креги».

– Четвертого сказания о Креги не существует! – возмутился Толя. – Поэт Элаан не закончил даже третье.

– В таком случае четвертое как раз стоит процитировать.

Почему от мысли о легкой беседе у Исаака учащается пульс? Видимо, потому, что он никогда особо не умел разговаривать с девушками – если не считать сестер. Но препираться с Белкой и Петей из-за цены на ленточку – совсем не то, что вести светский разговор с королевской особой. И как, интересно, ему выудить у принцессы нужную информацию? Исаак напомнил себе, что он теперь красавчик, – этот факт поражал его всякий раз, когда он случайно видел в зеркале свое отражение. Он и раньше не был уродом, просто имел непримечательную внешность: аккуратно причесанные каштановые волосы, которые начинали завиваться, если их долго не подстригать, довольно правильные черты лица, чуточку кривоватые нижние зубы. Мать называла его симпатичным, но ведь она и сестре говорила, что у той хороший голос, а это определенно не соответствовало истине.

Развалившись среди подушек на мягком диванчике, установленном на королевской ладье, Исаак изображал расслабленность, старательно копируя вальяжную позу Николая. Слишком въелась в него за долгие годы привычка стоять навытяжку. Перед ним там и сям, словно водяные лилии, на поверхности озера покачивались элегантные шлюпы и затейливо украшенные лодки; на ветру трепетали флажки и полосатые парусиновые навесы в цветах Равки – синем и золотом.

Для купания вода была холодной, но проливные нагрели верхний слой, так что над озерной гладью густыми клубами поднимался туман, из которого шквальные создавали эмблемы и символы различных стран и знатных родов. Чтобы снять напряжение, Исаак позволил себе пригубить абрикосового вина из крохотного бокала в виде колокольчика, но все равно оставался настороже и прислушивался к разговорам. Один из фьерданских послов спросил у Жени позволения осмотреть школу гришей.

– Разумеется, – ответила Женя. – Охотно устроим для вас экскурсию.

От Исаака не укрылось возбуждение, охватившее посла и еще одного члена фьерданской делегации, стоявшего рядом.

Расправив юбки, Женя добавила: