И огонь его Дара замерз.

25. Люк

25. Люк

Встреча с Редвальдом, королем-чудотворцем, взорвала мозг Люка.

Так взрывается лампочка и разлетается на мелкие осколки, которые потом не собрать, чтобы лампочка снова загорелась.

В тот день, когда из остановившегося у их дома фургона с отличительными знаками города рабов вышел Кеслер, у Люка появилось предчувствие чего-то нехорошего, и с того самого дня его бросало из одной передряги в другую. Милмур. Кайнестон. Эйлеан-Дхочайс. Площадь Горреган, Фар-Карр. И он научился быстро адаптироваться.

Но как быть с этим? С миром, в котором люди могут просто шагнуть в небо и исчезнуть?

С миром, который лишь один из многих миров.

Он все еще никак не мог в это поверить, хотя все произошло у него на глазах. Сначала Койра шагнула в иной, неведомый мир, затем король, который должен был умереть полторы тысячи лет назад и который давно уже стал легендой, но он проник в сознание Люка, а затем появился на пляже, где они с Силом гуляли, и показал им чудо из чудес.

Редвальд ушел, а они остались на пляже и захотели последовать за ним. Старались открыть дверь в небо, но никак не могли. Дверь, которая, возможно, привела бы их к Койре.

Сильюн шагал взад и вперед, разговаривая сам с собой. Люк время от времени давал ему конструктивный совет или просто фыркал, когда Сил чертыхался после очередной бесплодной попытки ухватиться за ручку двери, ведущей в иное измерение. Так прошло несколько часов, терпение их иссякло, как износилась одежда Редвальда за бесчисленные столетия странствий.

Люк так и не нашел рационального объяснения произошедшему, да и было ли оно вообще.

– Дверь, через которую мы вошли в его воспоминания, была похожа на двери, – Люк нарисовал в воздухе слово и взял его в кавычки, – в наших ментальных пространствах. Наши тела остались на том же месте, где и были, как и в тот раз, когда мы встретили его в Эйлеан-Дхочайсе. Но мы видели, как он и Койра физически прошли через реальные двери в реально другие миры. И сколько бы я это ни повторял, смысла от этого не прибавляется. Если бы мама меня сейчас услышала, она бы отправила меня в клинику сдать тест на наркотики.

– Твои близкие страшно ограниченные люди, – процедил Сильюн, делая вид, что внимательно рассматривает свои ногти.

– У тебя лучше? Сплошь маньяки, нарциссы и убийцы.

– Не обобщай. Не все убийцы, лишь некоторые.

– Это не смешно, Сил.

Люк отвернулся к костру и разворошил его обугленной палкой. Оставались лишь тлеющие угли, хотя скоро свет костра им будет не нужен, над горизонтом уже полыхало заревом восходящее солнце. Глядя на догоравшие угли костра, выбрасывавшие вверх остатки огненных искр, Люк вспомнил, какое выражение лица было у Сильюна, когда Редвальд показал им Дар, пронизывающий мир вокруг.