– Нет-нет! Я передумала! Передумала!

Пегас расправил огромные перепончатые крылья и взмахнул ими несколько раз, отрываясь от земли.

Полина почувствовала, как Сева навалился ей на спину. Сложно было разобраться, какие эмоции вызывает сейчас такая близость. Из-за ветра было тяжело дышать, слезились глаза. Чем выше поднимался пегас, тем холоднее становился воздух. Зеленеющий берег Ивановского Вира становился все меньше и меньше. Избушки превращались в неразборчивые пятнышки на квадратных лоскутках разноцветных полянок. Вороной яростно хлопал крыльями, набирая скорость.

Наконец Сева отодвинулся от Водяной, насколько позволяла спина пегаса, и даже отпустил гриву. Полина снова вздрогнула, этот маневр показался ей опасным – а если она соскользнет с гладкой спины? Девушка вцепилась в гриву. Страх сковывал тело, но ей удалось немного перебороть себя и глянуть вниз, отчего тут же захотелось снова зажмуриться. Ей казалось, что пальцы слабеют и скользят, а когда пегас вдруг повернул, сердце ее чуть не остановилось. Сева же сидел прямо, просто опустив руки, и лишь на повороте схватился за гриву, опять прижавшись к Полине.

– Хочешь спуститься пониже? – раздался голос прямо у нее за спиной.

– Да! – Она облегченно выдохнула.

Совсем внезапно, отчего к лицу прилила горячая кровь, руки Севы обвились вокруг ее талии – а точнее, вокруг плотного, складчатого кокона ее куколи, под которым вряд ли можно было бы нащупать талию.

Колдун весело произнес:

– Тогда держись крепче.

Сева снова пришпорил Вороного, отчего тот стрелой кинулся вниз. Полина еле успела схватиться за шею пегаса и вцепиться в короткую шерсть. Она визжала так громко, как никогда в жизни, забыв даже о том, что красивые руки в веснушках прикасаются к ее плащу. Сева хохотал над ней. Полине было настолько страшно, что его издевательский смех не мог ее расстроить. Она лишь чувствовала, что он легонько пытается оторвать ее от гривы, в которую она уткнулась лицом, и вернуть в сидячее положение. Казалось, он получал какое-то удовольствие от ее страха. Пегас продолжал бить крыльями воздух, то снижаясь, то вновь взмывая вверх. Наконец Сева сам схватился за черную гриву, и Водяная приподняла голову, чтобы видеть, куда они летят.

Темные крыши избушек увеличивались в размерах, берег Вира стал приближаться.

– Я же не Воздушная! Я боюсь высоты! – прошипела Полина, сумев вздохнуть. – Моя стихия – вода!

Сева направил коня прямо на водную гладь, искрившуюся под ослепительным солнцем и бросавшую причудливые блики. Теперь уже можно было различить поднятые вверх лица Мити и Арсения.