– Мы… мы не можем еще раз пролететь вон там? – дрогнувшим голосом спросила Полина.

Сева молча развернул пегаса. Выражение его лица изменилось. Может быть, Полина это и заметила и даже поняла бы, что за мысли крылись за его тяжелым взглядом, но она в упор смотрела на спины Анисьи Муромец и Алеши Попова, и непрошеные слезы подступали к ее глазам.

– Я устала, – еле слышно выдавила она. И Севин секрет, и вид этой романтичной картины совершенно растревожили ее сердце. Все вокруг было слишком сложным для ее понимания.

Пегас плавно опустился в том месте, откуда начал свой полет. Полина неловко спрыгнула с его спины, слегка оступившись, и, не обернувшись, бросила Севе: «Спасибо». Ему-то все равно от нее большего не нужно.

Глава четырнадцатая Свадьба в Заречье

Глава четырнадцатая

Свадьба в Заречье

В последний день апреля многие в Заречье проснулись в предвкушении праздника. Кто-то готовился к ритуалам Живиной ночи, а кто-то собирался на свадьбу Огненных магов Василия и Ульяны. Свадьбы здесь проводились редко, и Маргарита была рада посмотреть и поучаствовать в колдовских свадебных обрядах. Она встала поздно, когда солнце уже поднялось над землей, тени стали короткими, а соловьи умолкли. Полина лежала в кровати и читала книгу, Маргарита поднялась и еще раз осмотрела свое новое платье, приготовленное специально для свадьбы.

– Ты уже идешь к Ульяне? – спросила Полина.

– Да, я и еще несколько девушек помогаем ей собираться.

– Потом расскажешь, как это происходит, – улыбнулась Водяная колдунья. – Мне тоже пора вставать, я обещала помочь украсить поляну.

Сборы невесты – по одной из любимых местных традиций – проводились в бане. Баня стояла недалеко от реки, на высоком и крутом берегу Нищенки. Обычно воспитанники ею почти не пользовались, но именно этой зимой, когда развлечений в Заречье осталось не так уж много, баня обрела преданных поклонников. Земляные колдуны заменили старый прогнивший пол, Огненные поработали над печью, а вышедшей из лазарета Полине удалось поупражняться со своей стихией: она силой мысли наполняла ведра речной водой.

Теперь же баня была украшена пучками трав, отпугивающих нечистую силу, и живыми цветами. В уютном полумраке возле печи, скрестив ноги и закрыв глаза, сидела Ульяна. Подружки-поневестицы, блестя длинными мокрыми косами, прикрывающими обнаженные тела, лили ей на голову теплую воду из медных ковшиков, приговаривали пожелания и пели старинные свадебные песни, иногда забывая подставить нужные имена:

– Ульяна, батюшка, нагулялася, на танцы, на пиры находилася, в молодого Ванечку влюбилася…