– С духами всегда проще общаться, чем с людьми, – улыбнулся я. – Они живут по своим законам, более простым и понятным. Для них нет мелкого шрифта в договорах. Предавшего однажды они не привечают.

– Это верно. А что за дух крови, о котором говорил Куст? – заинтересовался магистр Калерон. – Я о таком впервые слышу.

– Это один хороший человек. Не маг, но духи принимают его за своего и охотно идут на сотрудничество, – выкрутился я.

Не хватало еще, чтобы о способностях Лимирей и о ней самой кто-нибудь узнал.

– Любопытно, – произнес удивленный магистр. – Я бы пообщался со столь необычным человеком.

– К сожалению, она не разговаривает и не слишком любит общаться с людьми.

– Она? – поймал меня на слове Калерон.

Я выругался про себя.

– Да, она, – не стал отпираться я. – Но оставим разговоры обо мне, я пришел по серьезному делу. Я слышал, что магов отзывают из городов, в том числе из столицы. Вы знаете, с чем это связано?

Магистр Калерон внимательно посмотрел на меня и отставил чашку в сторону.

– Меня к вам привело расследование, и больше мне положиться не на кого. Маги – моя последняя надежда, – честно сказал я.

Магистр молчал. Взгляд его стал еще пристальнее. Он даже моргать перестал.

– Я знаю, что архимаг в ссоре с королем, – продолжал я. – Предполагаю, что причиной мог стать некромант. Не знаю только, какой именно. Артек Симон и Саймон Вэйс…

– Не продолжай, – устало выдохнул магистр. – Вижу, что ты глубоко копнул.

– Работа такая, – развел я руками.

– Скандал был тот еще, – поморщился магистр. – Архимаг даже пригрозил, что если от кого услышит что-нибудь по поводу этого инцидента, то лично лишит болтуна магии на неделю, чтобы неповадно было.

– Болтун нашелся?

– Да, с первого курса. Сын какого-то аристократа; думал, что ему все сойдет с рук.

Я усмехнулся. В Академии магов были несколько другие нравы. Здесь ценили упорство и тягу к знаниям, а не титулы, поэтому зачастую рассчитывавшие на легкое образование в сфере магии сыны и дочери богатеньких аристократов либо оставались на второй год, либо закатывали скандалы на первой же сессии, оказавшись не готовы учиться на равных со всеми. Но со временем многие из них втягивались в учебу, начинали общаться с сокурсниками, и спеси в этих отпрысках заметно убавлялось.

– Так что случилось? – спросил я магистра.