— Принц… — зашелестели они, приближаясь к Гриффису.

Он смотрел на них вытаращенными глазами.

— Мы просим о милости, принц, — пропищали существа.

«Принц?» — шевельнул он губами по привычке. С того дня, когда ему вырезали язык, говорить он уже не мог.

Существа припали к его руке.

— Мы просим о снисхождении…

Образовавшаяся в стене дыра внезапно просветлела и Гриффис увидел необычное помещение. Всюду — в полу, потолке, стенах — зияли многочисленные проемы, в которых время от времени мелькали четыре странных тени.

— Мы скоро встретимся, — сказал кто-то звучным голосом. — Мы — твоя семья, божество тоски…

После полудня Банда Ястребов разделилась надвое. Раненые были погружены в фургоны и, под присмотром десятка воинов должны были перебраться в условленное место в пограничных землях. Остальные готовились к броску на Уиндам.

Рикерт с грустью наблюдал за собирающимися друзьями.

— Если бы не мои раны… — вздохнул он, поглаживая перевязанную руку. — Мы всегда были вместе.

— Не вешай нос, — Джедо хлопнул его по плечу. — Когда вернется Гриффис, обещаю, ты будешь первый кто его обнимет!

— Гатс, ты спасешь его, и все будет как раньше, — с надеждой сказал Рикерт.

Гатс молча взобрался на лошадь. Каска одним махом забросила себя в седло, на лице тотчас выступила испарина, глаза наполнились слезами. О чем они с Гатсом только думали этой ночью?! Можно же было как-то поаккур атней…

— Отправляемся, командир? — подъехал Гатс.

— Хитрюга, — буркнула она.

— Что-то не так?

— Ничего.

Каска вскинула руку.

— Ястребы! Вперед, за Гриффисом!