— Мы не можем взять деньги, — сказал он. — Гриффис — герой нашей страны, и мы все в большом долгу перед ним и Ястребами. Для нас честь — оказать ему помощь.

Каска не стала тратить время на уговоры. Они быстро запрягли в повозку двух своих лошадей и перенесли в кузов Гриффиса. Со двора выскочила дочка хозяина, девушка лет семнадцати и, смущенно улыбаясь, поднесла Гриффису букет цветов. Из-за ее спины таращился восторженными глазами десятилетний мальчик, судя по всему, родной брат.

— Я не верю тому, что говорят о вас, это все ложь. Сэр Гриффис и его друзья не изменники. Я верю вам…

— Сестра, я знаю, ты давно влюблена в Гриффиса, — мальчик хитро подмигнул.

— Ну что ты болтаешь! — смутилась девушка.

Провожать Ястребов вскоре собралось все семейство. Хозяин с женой, еще две взрослых дочери и трое мальчишек помладше.

— Будет лучше если вы не будете рассказывать кому-либо об этом, — сказала им на прощание Каска. — Это может быть опасно для вас.

Гатс и Пиппин поднялись в седла. Джедо забрался на облучок повозки, но, когда за ним полезла Каска, он кивнул ей в сторону кузова.

— Ты должна быть там. Позаботься, чтобы Гриффис не упал.

Каска забралась в кузов и они тронулись. Фигурки провожавших вскоре сделались маленькими, потом и вовсе исчезли, но Каска все молчала, словно набрав рот воды. Весь этот год, все то время, когда она планировала его спасение, она мысленно разговаривала с ним. Она хотела так много сказать Гриффису.

Но вот сейчас, когда он был спасен, когда он был рядом с ней, Каска почему-то не могла найти нужных слов. Словно между ними выросла какая- то стена. Впрочем, так оно и было. Слишком много случилось за этот год. Слишком много случилось за последние несколько дней. Слишком много Каска поняла. Так что, пожалуй, она даже знала как ее зовут, эту стену.

— В такие минуты бывает трудно говорить, — Джедо как будто подслушал ее мысли. — Но я хочу сказать, думаю, этот город мы видели последний раз…

Гатс оглянулся. «Я понимаю, ей должно быть тяжело, слишком много всего произошло…»

Каска молча придвинулась к Гриффису и обняла его за плечи. Это было легко. Некогда широкие и крепкие, сейчас они были узки и хрупки как плечи подростка.

Дорога убегала прочь, унося Уиндам все дальше и дальше, и залитый нежным утренним светом королевский дворец постепенно таял вдали. Порывы ветра растрепали букет в руках Гриффиса, цветы и листья срывались один за другим и, медленно кружа, опускались на дорогу.

Гриффис смотрел на эти цветы, смотрел на исчезающий дворец, и маленький мальчик в его воображении бежал прочь от замка. Бежал, осыпаемый цветами, а замок за его спиной высился сияющий и недоступный. «Теперь он кажется таким далеким…»