— Эльвира...

Роланд стиснул рукоять меча.

— Я уничтожу эту тварь!

Ральф бросил на товарища опасливый взгляд — как бы тот не ринулся в атаку, сломя голову. Тут следовало все тщательно продумать и...

Раздался мерзкий хруст и воины вздрогнули. Череп чудища раскололся надвое, а из трещины показались два гигантских белоснежных клыка.

— Что еще за дрянь? — Ральф вскинул секиру.

С оглушительным треском череп Аламара взорвался, разлетевшись кусками плоти и костей. Ральф и Роланд инстинктивно припали к земле, а когда рискнули приподняться, на месте чудища увидели лишь бесформенную груду мяса. Чудовищные клыки исчезли без следа, а от изуродованной туши Аламара к воинам спешила улыбающаяся Эльвира.

— Клыки Сатаны, — прошептал Роланд. — Эльвира, ты молодец!

Он подхватил девушку на руки, не отрывая от нее восторженного взгляда.

— Роланд, ты такой милый, — улыбнулась Эльвира. — Только прошу, осторожней, тут же кругом его мерзкая слизь.

Карнелиец покосился вниз и, конечно, тотчас поскользнулся и рухнул на пол, пребольно ударившись локтями. Из глаз хлынули слезы, но Роланд продолжал улыбаться.

— Я волновался за тебя! — признался он, переводя себя в сидячее положение и поскрипывая зубами от боли.

— А кого ты больше любишь, Роланд, — лукаво сощурилась Эльвира. — Селену или меня?

Карнелиец поперхнулся от неожиданности и долго откашливался.

— Ладно, милый, ты подумай пока, а я добычу заберу.

Эльвира обольстительно улыбнулась и двинулась к останкам Аламара, покачивая бедрами.

— Добычу? Что она имеет в виду? — удивился Ральф.

— Язык Дьявола, — пояснил Роланд. — Она заберет Язык. А значит он будет и у Селены.

Карнелиец помрачнел.

— У Селены? Почему это? — удивился Ральф. — Кстати, а где она? И откуда взялась эта, с крыльями?